– В том‑то и дело, – кивнул Толмасов. Он не отказался бы посмотреть на лицо гэбэшника, когда тот узнает новость.

Фральк издал звук, похожий на то, как женщина прочищает горло, когда сидящие с нею за обеденным столом мужчины слишком увлекаются деловыми разговорами и не уделяют ей должного внимания. Толмасов не в первый раз подумал о том, какой чудный музыкальный голос пропадает зазря и как странно то, что им обладает инопланетное существо, да еще – как совсем недавно выяснилось – мужского пола. Полковник отвесил Фральку почтительный поклон, как бы извиняясь за свою рассеянность. В ответ минервитянин не замедлил светски расшириться.

– Хочу больше, – он снова указал на молотки, топоры и на стоявшую поодаль коробку с карманными фонариками.

– Может, хватит с него топоров? – спросил Брюсов.

– Почему? Мы привезли их для обмена, а местные инструменты, оружие и, может быть, книги, которые мы получим от аборигенов, будут оцениваться на Земле на вес золота. Даже дороже, неизмеримо дороже. Но я усек, куда вы клоните, Валера.

Толмасов решил попробовать сам объясниться с Фральком, пользуясь своим весьма ограниченным словарным запасом.

– Эти…. – он указал на топоры. – Что ты с ними делать? Использовать на что?

– Использую для омало.

Толмасову хватило его познаний в минервитянском, чтобы понять, что Фральк скорее всего умышленно поменял употребленный им предлог «на что» на «для», но последовавшее затем слово, скорее всего существительное, было ему неизвестно.

– Омало? Что есть омало?

Из ответа Фралька Толмасов разобрал только «Ущелье Эрвис» – местное название Каньона Йотун. Он обернулся к Брюсову.

– Вы поняли, что он сказал?

Лингвист нахмурился.

– Омало – это что‑то на противоположной стороне Ущелья Эрвис.

Толмасов сдвинул брови. Значение нового слова оставалось неясным.

– Повторите еще раз, медленно, – попросил он Фралька.

– Скармер, – минервитянин указал на себя. Потом указал на замок, где жил его король. Или отец? – Хогрэм Скармер.

– Фамилия? – спросил Толмасов лингвиста.

– Не думаю. Впрочем, он еще, кажется, не закончил.

Брюсов оказался прав. Явно упрощая свою речь, Фральк принялся объяснять дальше:

– Ущелье Эрвис… эта сторона… вся… скармер. – Он встряхнул всеми шестью руками, будто охватывая ими округу. – Ущелье Эрвис… та сторона… омало.

– Боже мой, – пробормотал Толмасов, боясь признаться самому себе, что он понял минервитянина правильно. – Валера, кажется, я все понял. Он пытается сказать нам, что к востоку от каньона находится другая страна, а омало – это, видимо, населяющее ее враждебное племя. Так что нам следует десять раз подумать, прежде чем вооружать здешний народец.

– Я полагаю, Сергей Константинович, что вы должны проконсультироваться с Москвой, – сказал Брюсов.

Полковник поморщился. Брюсов готов был «консультироваться» с Москвой по любому поводу, вплоть до того, какую пару носков ему следует надевать утром.

– Боюсь, вы правы, – ответил Толмасов, неохотно кивнув. – Американцы‑то скорее всего контактируют как раз с этими самыми омало. Представляю реакцию Кремля на наш военный конфликт с ними, пусть даже и вынужденный. Наши и так уже едва не вляпались в ядерную заваруху в Ливане.

– Надо как можно тщательнее подойти к изучению местной ситуации, – заметил Брюсов.

– Само собой.