Обстановка на площади была самая неформальная – горели костры, кое кто жарил на огне куски мяса и ломти хлеба, из рук в руки переходили фляжки с самогоном.

Все это Лесли уже видела в тот вечер, когда ее, измученную и избитую, в мокрой и грязной одежде привезли сюда. Теперь же, спустя неделю, она наблюдала это зрелище совсем с другой стороны – сидя вместе с другими членами внутреннего круга у большого костра, рядом с золоченым креслом Хефе. И талию ее обвивал пояс, пряжкой которому служил бронзовый нетопырь с желтыми камешками глазами.

Всего неделя прошла – семь дней. А кажется – куда больше…

…Место для лазарета проблемой не стало – Пит предложил выбрать любое пустующее помещение в здании, где находился склад. А поскольку пустовало оно едва ли не на три четверти, то выбор у Лесли был.

В конце концов она остановилась на трех идущих подряд комнатах, имеющих как выход в коридор, так и дверь в соседнее помещение. В средней решила устроить кабинет, в правой – палату на трех больных (при необходимости туда можно было поставить еще пару кроватей), а в левой – аптеку, где она могла бы хранить лекарства, сушить травы и делать отвары.

Пока что там было почти пусто – на столе стояла походная бензиновая плита, три маленькие кастрюльки и с десяток разнокалиберных бутылок. Еще Пит выделил ей пузырек с марганцовкой, десяток оставшихся еще с прежних времен бинтов в упаковке и флягу с самогоном. Этим запас лекарств на его складе исчерпывался.

Зато ножи он выдал без разговоров: один обычный, в ножнах и два небольших узких ножа с острыми кончиками – Лесли подумала, что если их как следует наточить, то они сойдут за скальпели.

Оставался вопрос с лекарствами. Марганцовка, конечно, вещь хорошая, но чтобы лечить людей, этого определенно мало. Поэтому уже во вторник утром Лесли, никем не приглашенная, явилась к Джерико. Конечно, она помнила, как вывел его из себя непрошенный визит девушки в коричневом платье – но дело есть дело.

Лео перехватил ее перед дверью апартаментов Джерико – выскочил из соседней комнаты и преградил путь.

– Чего надо? Хефе тебя не звал!

– Я хочу в лес за лекарственными травами съездить, – не чинясь, объяснила она. – Нужно, чтобы он квадроцикл разрешил взять. Большой, четырехместный.

– Ну… – Лео пару секунд поколебался и отступил в сторону. – Проходи.

Джерико завтракал – один. Лесли чуть ли не с порога начала излагать свою проблему, но он весело махнул рукой:

– Куда ты так торопишься? Раз пришла – попей со мной кофе! – кивнул Лео: – Организуй там пока все!

Задержал он ее минут на сорок – расспрашивал о местах, где ей довелось побывать: что там выращивают, чем торгуют, вообще что есть интересного. Зато когда Лесли вышла на крыльцо, красно черный квадроцикл уже ждал ее. Честер, сидя на водительском месте, сиял:

– Садитесь! Лео разрешил нам его брать, сколько нужно!

Вот так и получилось, что и этот день, и два последующих она провела в лесу, широкой полосой протянувшемся вдоль предгорий к северу от Логова. Собирала все, что попадалось на глаза: позднюю ежевику и бизонью ягоду, полынь и мяту, корневища аира и цикория, можжевеловые шишки и ромашку – конечно же, ромашку. При виде ее желто зеленых сердцевинок у Лесли сердце забилось сильнее, и не столько потому, что это неприхотливое растеньице было почти универсальным лечебным средством – и обеззараживающим, и противовоспалительным, и успокаивающим, – но потому, что из ромашки можно было сварить обезболивающий отвар, повод для новой встречи с Байкером – сержантом Калвером.