верхности какой-то планеты,  на которой существовала  жизнь.

Значительно интереснее вторая его гипотеза. Некогда, предпо-

лагает Бернал, вместе с пылью при вулканическом извержении в

межпланетное пространство могли быть выброшены микроорганиз-

мы и споры.  Блуждая в Солнечной системе, такие пылинки при-

липли  к  какому-нибудь  метеориту  и вместе с ним попали на

Землю..."

   - Не знаю,  мне кажется, что, наоборот, интереснее первая

гипотеза,- задумчиво сказал Клайд.

   Он смотрел  на совсем уже ночное небо и с новым,  неизве-

данным еще интересом вглядывался в привычные  учоры  созвез-

дий.  Вот эта,  например, яркая звезда, меряющая неспокойным

голубоватым светом:  кто знает, может быть, она представляет

собою  затерянное  в глубинах Вселенной иное Солнце,  вокруг

которого вращаются неведомые планеты... и среди них есть од-

на,  где существует жизнь...  и метеорит, найденный ими, был

каким-то образом выброшен с нее... Бог мой, а сколько же мо-

жет  быть  таких планет на далеком небе!  Тысячи,  миллионы,

миллиарды!..

   - И  мне  думается,  что первая более интересна,- ответил

Джеймс.  Он проследил взглядом,  куда были направлены  глаза

Клайда, и вдруг заметил: - А у тебя тоже бывает так, Клайд?

   - Что именно?

   - Ну  вот  когда ты смотришь на небо и начинаешь раздумы-

вать о том,  как бесконечна Вселенная,  и нет у нее ни конца

ни  края,  и  сколько ни смотри,  везде рассыпаны звезды,  и

дальше звезды,  и еще дальше... то у тебя начинает кружиться

голова.  Просто в голове какой-то туман, и уже ничего нельзя

сообразить, все путается... Или это бывает только у меня?

   Голос Коротышки звучал удивительно беспомощно,  как у за-

путавшегося ребенка,  который с изумлением и страхом смотрит

на непонятные, необъяснимые для него явления.

   Клайд снова посмотрел на небо,  пробуя  представить  себе

то, что говорил Джеймс, эту поразительную бесконечность Все-

ленной и глубину,  из которой долетают до него маленькие лу-

чики звезд,  и широту, наполненную сиянием неисчислимых соз-

вездий. Он вздрогнул: действительно кружится голова!

   - Нет, это не только у тебя, Коротышка,- ответил он убеж-

денно.- Это,  наверно,  у всех.  Понимаешь, слишком уж велик

мир... а человек в нем такой крохотный, такой ничтожный... И

пожалуй, самое поразительное то. что такое маленькое сущест-

зо,  как человек,  считает себя всегда самым центром Вселен-

ной: все происходит только для него: и солнце светит для не-

го,  и звезды...  А сам-то он ведь прямо ничто!  Как поймешь

это, как сообразишь, насколько велик весь мир, так волей-не-

волей и закружится голова.

   Фред неожиданно зашевелился, будто проснулся.

   - Опять  вы занялись теоретическими разговорами?  - недо-

вольно проговорил он.- Пошла такая заумь, что и в самом деле

может закружиться голова. Охота вам мозги сушить: "бесконеч-

ность,  Вселенная"!.. Коротышка, давай дальше, про твою пле-

сень, а то так и заснуть можно...

   - Что ты,  кажется,  уже и сделал,- отметил между  прочим

Клайд, неохотно возвращаясь к действительности.

   Фред фыркнул, но промолчал.

   - Вот еще один пример, - снова заговорил Джеймс Марчи без

особенного пыла,  как по обязанности.