Она снова закуривает и пускает в мою сторону густую струю дыма.

   - Ты, конечно, соответствующим образом осмотрел квартиру Димова. Что

любопытного удалось обнаружить?

   - Ничего такого, о чем бы мы не знали. Для более тщательного

обследования у меня не было времени.

   - Неважно. Этим займутся наши люди. А теперь расскажи, о чем именно

говорили те трое.

   Хотя к этому вопросу мы подошли только в конце разговора, я ждал его

с самого начала и соответственно подготовился: почти дословно воспроизвожу

услышанные реплики, исключая те, в которых речь шла  об  операции

"Незабудка". Вернее, памятуя о своих обязательствах, я упоминаю и про

операцию, но очень кратко и туманно:

   - Речь шла и о том, что следует продумать какую-то операцию, но

ничего определенного услышать не удалось, потому что как раз в этот момент

подошли те...

   Не могу себе позволить  сказать  больше,  потому  что,  узнав

преждевременно подробности операции, шефы Франсуаз и Леконта могут грубо

вмешаться в это дело и провалить мой план. Ни к чему, в самом конце,

создавать ситуацию, при которой Кралев мог бы ускользнуть. Не кто-нибудь,

а я должен свести счеты с этим человеком.

   К моему удивлению, Франсуаз не проявляет особого  интереса  к

упомянутой операции.

   - Ладно, - тихо говорит она и пускает мне в лицо еще одну струю дыма.

- Посмотрим, что будет дальше.

   Я излагаю на скорую руку план ближайших действий. Франсуаз кивает или

делает короткие замечания. Под конец она снова насквозь пронзает меня

взглядом.

   - Хорошо. И помни, что я тебе говорила: в случае провала ты сам по

себе. Если попытаешься сослаться на нас, то этим только усугубишь тяжесть

своего положения.

   Она гасит сигарету и встает.

   - Если что, звони мне. До обеда я дома. После семи вечера тоже, если

буду нужна тебе по делу.

   - Ты мне нужна, - бормочу я, тоже вставая. - Ты мне ужасно нужна.

   И обнимаю ее плечи, прикрытые шелковым пеньюаром. Она ловит мою руку

и деловито смотрит на мои часы.

   - Пожалуй, я могла бы позабавить тебя часок. Хоть ты с разными своими

интрижками этого не заслуживаешь. Но что поделаешь, такова уж я: не могу

жить без дебютантов.

   И я жить не могу без таких вот пленительных женщин. Поэтому сильнее

стискиваю ее в объятиях, рассеянно думая о том, что людей нашего сорта

даже в постели не оставляют одних. Может быть, именно поэтому Франсуаз

никогда не произносит нежных слов, ничуть не сомневаясь, что где-то рядом

вращается магнитофон, готовый навеки запечатлеть уходящее мгновенье.

"Остановись, мгновенье!" - как сказал Фауст или кто-то другой.

   Когда кто-нибудь идет за тобой по пятам, ты, естественно, стремишься

как можно скорее ускользнуть от него. Но иногда проще пойти ему навстречу

и сказать: "Здорово, как делишки?"

   Нечто подобное случилось и со мной. После того как накануне вечером

меня поймали на месте преступления, после того как за мною следили по

всему городу, наконец, после того как люди из Центра угнали мою машину, я

прихожу к десяти часам в этот самый Центр, звоню, нахально прохожу мимо

открывшего мне Ворона, от изумления разинувшего  рот,  и  спокойно

направляюсь в свою комнату. Свалив на стол стопку экземпляров журнала,

только что взятых из типографии, сажусь на стул и, следуя высшим образцам

американского воспитания, кладу  ноги  на  письменный  стол.