-  Шо это такое? - недоуменным басом поинтересовался здоровенный мужик у ворот, на всякий случай стискивая покрепче топор. Маленькая собачка у его ног звонко залаяла.

    Хорроший вопрос! Я и сама долго думала, как назвать получившееся. И придумала!

    -  Гиборейский петух, конечно! А что, никогда такого не видели?

    Мужик в замешательстве поскреб топором затылок. Вошедший в роль Воротник попытался с размаху клюнуть что-то на земле, едва не упал и мощно захлопал крыльями. Собачка с визгом рванула наутек. Остальные чуть было не кинулись следом.

    -  А где дракон? Нелад говорил: дракон будет!

    К этому повороту я тоже была готова заранее.

    -  Да-да, так они и рассказывали: лисоопушевцы всемером против одного выходят, значит, им и петух за дракона сойдет. Смеялись еще. Говорили: ох и зададим мы им опять при встрече!

    Мужик потемнел лицом и схватился за старый шрам на лице. С этими славными селами мне все стало ясно уже во время речей заячьих старейшин. Понятно было, что близкие соседи отчаянно друг с другом соперничают, переманивают друг у друга купцов и колдунов, перекатывают валуны на соседние поля, охотятся в чужом лесу, не забывают схлестнуться на каждой осенней ярмарке, а зимой вовсю гоняют друг друга оглоблями по льду какой-нибудь здешней речки. На слова о трусости Лисьих Опушек сельское ополчение отозвалось слитным ворчанием.

    -  А как же дракон, камень, награда… - Здоровяк никак не мог привыкнуть к мысли, что все пропало. Потом его осенило: - Слушай, девонька, а ты по дороге сюда никого не обгоняла? Дракон по пути не встречался?

    -  Ящериц видела, - задумчиво ответила я. - Наглых таких, глупых, до драконов им расти - не вырасти.

    Воротник за спиной свирепо засопел. Через дырки в тролльем ногте получалось со зловещим свистом.

    -  А вот про Нелада слышала, - продолжала я беззаветно врать. - Его мужики так и подговаривали: скачи в Опушки, наплети что-нибудь тамошним простофилям - пусть в засаде посидят, пока колос осыпается. А врать можешь смело - хоть про гномов на самобеглой тележке, хоть про дракона, что из королевской сокровищницы камень утащил, будто ему своих мало. Опушевцы поверят!

    Здоровяк звучно сплюнул, махнул в сердцах топором и зашагал в село. Мои несостоявшиеся поимщики потянулись следом. По дороге они обещали друг другу устроить что-нибудь хорошее Неладу.

    -  Может, песню какую для вас спеть? - увязалась я за здоровяком.

    Тот лишь угрюмо отмахивался и ворчал, что людей сейчас не собрать - может, ближе к вечеру. Сам он торопился подать знак остальным охотникам, которые цепью растянулись по обе стороны села, до самой Белой речки и Мокрого оврага. Я провела его до какой-то вышки, подождала, пока поднимется в небо белый дым, постояла посреди улицы, печально вздохнула - вдруг кто глядел через ставни - и легонько стукнула каблуками Мышака - пора было покидать гостеприимные Лисьи Опушки.

    Ни человека, ни собаки - все становилось как-то скучно. И у вторых распахнутых ворот никто не ждал. Неужели это все? Услышав громкие людские голоса за частоколом, я почти обрадовалась. Засада? Увы. Там меня не ждали и вообще едва заметили.

    -  Глубже! Ровнее! - хрипло кричал увешанный оберегами седой мужчина двум помощникам. Выбиваясь из сил, они волокли за собой покрытый рунами плуг, оставляющий в твердой земле едва заметную борозду.