-  А Пышкун вам очень нужен?

    -  Нужен, нужен, в этот раз не откупится, - оживился один из братьев. - Хозяин его заждался!

    Два других Ножа дружно ткнули его локтями в бока.

    -  Какой хозяин? - заинтересовалась я, но братья глядели мне за спину. Я оглянулась. У телеги копошилась синяя тень.

    -  Засиделись, лодыри, - недовольно начала она. - Вот вам хозяин задаст!

    -  Синий Нож, не так ли? - оборвала я речь пришельца. - Садись и ешь, каша стынет.

    Озадаченный чужак замолчал. Дальше все пошло по-накатанному. Переговоры с братьями, опасливый шепот: «Я тоже не сразу понял, он это!» - и очередной едок у костра. Петь я больше не хотела.

    -  А хотите, я добавку сварю? - предложила я, когда заскребли ложкой по дну котелка. Братья призадумались.

    Но тут ударил порыв холодного ветра, задул огонь. Через миг пламя снова вскинулось над костром, но было уже каким-то белесым и призрачным. Большая серая птица села у костра, хрипло закричала и глянула на меня красным глазом.

    -  Хозяин идет! - хором сказали братья и выглядели при этом очень нерадостно.

    В темноте за их спинами ширилось мертвенное сияние. Зацокали копыта. Мышак и пышкунская кобыла испуганно ржали за моей спиной. Я не оглядывалась. В сиянии кто-то появился! К костру двигался конский скелет с горящим в глазницах зеленым огнем. А на этом скелете сидел…

    -  Бездельники! Лодыри! Чего расселись? - начал уже знакомые речи всадник.

    -  Серый Гном! - восторженно вскрикнула я, шагнув вперед.

    Сидящая в седле коренастая фигурка в сером могла быть только гномом, больше никем. Так вот он какой! Обтягивающая череп кожа, широкий оскал, зеленый огонь в глазах, очень худые пальцы, сжимающие уздечку. Я сделала шаг вбок, подальше от пламени костра. Нет. И отсюда непохож. И меня с ним путали? Да где были их глаза?

    Серый Гном наблюдал за мной с явным недоумением.

    -  Это кто? - шипящим, вызывающим дрожь голосом поинтересовался он у братьев. Ответное мычание ему ничего не пояснило, но обо мне он пока решил забыть.

    -  Опять упустили Пышкуна, обжоры? Расселись здесь? - Птица прыгнула гному на плечо и начала о чем-то хрипло ябедничать, - Песни здесь распеваете? - Гном начинал не на шутку свирепеть.

    И тут братья повели себя недостойно. Мычанием, кивками, несмелыми знаками они во всем обвинили меня. Зеленое пламя глаз снова уставилось на меня.

    -  Да кто ты такой, храбрец?

    -  Я не храбрец, - возразила я.

    -  Ну герой.

    -  Я не герой.

    -  Так кто же ты?

    Ну вот, среди невеж Диких Земель нашелся хоть кто-то воспитанный. Хоть и не совсем.

    -  Для начала полагается назваться самому. - Будь что будет! Пусть сердятся, пусть обижаются, но должен их хоть кто-нибудь научить. А то попадут ненароком в Светлое Королевство и будут там хуже неотесанных горных троллей.

    Первые уроки вежливости пришлись гному не по нраву. Он затрясся, зашипел, но все-таки ответил:

    -  Я - гибель твоя! Твоя вечная мука! Твой страх и судьба! - Вместе с шипением его голоса налетел холодный ветер.