|
Не поверю я, чтобы новый владелец работал триста лет... У меня голова шла кругом от этих рассуждений, а молодой человек все не унимался: - Можете выгнать нас, пожалуйста! Тогда-то вы убедитесь, как много потеряли. Все прачки и кухарки в этом доме иссохнут с тоски, а Кшешовской ничто не помешает выслеживать своих соседей, подсчитывать, сколько гостей к кому приходит и кто сколько крупинок кладет в суп... Пожалуйста, выгоняйте нас! То-то панна Леокадия примется за свои гаммы - с утра сопрано, а после обеда - контральто... И ко всем чертям полетит этот дом, где лишь мы одни еще кое-как поддерживаем порядок! Мы собрались уходить. - Так вы решительно не будете платить? - спросил я. - И не подумаю. - Может быть, начнете хотя бы с октября? - Нет, сударь мой. Мне жить осталось недолго, так я хочу хоть один принцип провести до конца: если общество требует, чтобы отдельные личности уважали свои обязательства по отношению к нему, то пусть же и оно соблюдает свои обязательства перед отдельными личностями. Если я должен кому-то платить за квартиру, пусть и другие платят мне за уроки так, чтобы мне хватало на квартирную плату. Понятно вам? - Не совсем, сударь, - отвечал я. - Не удивительно, - сказал молодой человек. - К старости мозг увядает и теряет способность воспринимать новые истины. Мы раскланялись с ним и вышли. Молодой человек запер за нами дверь, но тут же выскочил на площадку и крикнул: - И пусть судебный пристав приведет с собою двух городовых, потому что меня придется выносить из квартиры!.. - Всенепременно, сударь! - ответил я ему с любезным поклоном, в душе, однако, решив, что не следует выбрасывать подобного оригинала. Когда этот удивительный юноша удалился наконец в свою комнату и запер дверь на ключ, несомненно давая нам понять, что считает переговоры законченными, я остановился на ступеньках и сказал управляющему: - Я вижу, у вас тут разноцветные стекла в окнах, а? - О да, очень разноцветные... - Но грязные... - О да, очень грязные. - И, по-моему, этот молодой человек сдержит свое слово и за квартиру платить не станет, а? - Сударь! - воскликнул управляющий. - Он еще ничего! Он хоть говорит, что не будет платить, ну и не платит, а те двое ничего не говорят - и тоже не платят. Это, пан Жецкий, исключительные жильцы! Только они одни никогда не обманывают моих ожиданий. Невольно, сам не знаю почему, я покачал головой и тут же почуствовал, что, будь я хозяином подобного дома, я не переставал бы качать головой по целым дням. - Итак, тут никто не платит, во всяком случае не платит регулярно? - спросил я экс-помещика. - И нечему удивляться, - ответил Вирский. - В доме, где столько лет квартирную плату получают кредиторы, самый честный жилец отобьется от рук. |
