--  Ты  хочешь, чтобы мы помирились с сухотниками?  С  этими  пиявками,

которые сосали  нашу  кровь все эти годы? --  Тамар  почти  кричала.  Всякая

осторожность была отброшена. -- С теми, кто...

     --  Знаю,  знаю!  Кто  загнал  вас  в  болота  и  топи,  кто  назначает

грабительские цены за долгожив...

     -- Наши умирают из-за этого!

     -- Ты сможешь вернуть мертвых  к жизни, если перережешь всех обитателей

поселка? -- в упор спросил Блейд.

     -- Мертвых -- нет! Но я смогу отомстить!

     -- Люди Элии, бесспорно, заслужили наказание, -- изрек странник.  -- Но

не поголовное же истребление! Да и не от них, я думаю, здесь все зависит...

     Тамар попалась в ловушку.

     -- А от кого же? -- с детской непосредственностью выпалила она.

     -- От Слитых, от кого же еще!

     Сбитая с толку, Тамар умолкла.

     --  Слитые  покупают долгожив у  Элии.  Слитые посылают своих чудовищ в

леса сухотников. Слитые крадут детей из поселка... и, похоже, не  только  из

него. Мы не сможем развязать  этот узелок,  пока не заглянем  под сверкающие

шпили... --  последнюю фразу  Блейд  еле слышно  пробормотал  себе  под нос.

Доказательств  у него было  пока  немного, однако своей интуиции  он  привык

доверять

     --  Я... я не знаю, -- растерянно выдавила из себя девушка. --  Я знаю,

что  сухотники --  враги...  а ты говоришь -- что нет... Я знаю, что  ты  не

врешь... ты ведь  дрался с лапачом, рискуя жизнью... но у меня это как-то не

укладывается в голове!

     Щека Тамар коснулась плеча странника.

     --  Не  хочу сегодня  больше думать,  --  шепнула она  с чисто  женской

непоследовательностью.  --  И о ребенке  тоже...  быть может,  мы зачнем его

позже...

     Таковы  женщины. Во всех  мирах,  во всех  бесчисленных реальностях, во

всех измерениях и вселенных...

     Руки Блейда и Тамар встретились. Их пальцы, спеша, уже развязывали узлы

на тесьмах; странник и дочь Бротгара лежали глаза  в глаза, словно  стараясь

загипнотизировать один другого неподвижностью взоров. Это  было чем-то вроде

игры -- когда партнеры раздевают друг друга,  делая при этом вид, что ничего

не происходит.

     Ладони  Блейда  легли  на  обнаженную  талию  Тамар, тонкую,  словно  у

нью-йоркской топ-модели, изнурявшей себя бесконечными диетами. Губы  девушки

чуть приоткрылись, дыхание стало глубже  и чаще -- она загоралась от  одного

прикосновения,  все  горе, все тревоги,  вся  неутоленная  тоска  гордого  и

сильного  сердца  -- все  это  выплескивалось  сейчас  наружу. Руки  се  уже

стаскивали последние покровы с чресел разведчика.

     Спустя минуту они забыли обо всем  -- о  хищных  тварях, окружавших  их

убежище, о  сухотниках и  болотном  народе,  об Элии и  своей  миссии.  Дочь

Бротгара оказалась куда темпераментнее и ненасытнее Наоми.