- Покахонтас, штат Арканзас? – Перепросил Херндон тоном человека, обиженного за то, что над ним подшучивают.

Но Сэм не шутил. В подтверждение своих слов, он помахал телеграммой.

- В случае, если тебе интересно, Покахонтас лежит на половине пути между границей и важнейшим в районе метрополисом с гордым названием Джонсборо, - торжественным тоном сообщил он. – Я смотрел на карте. Сначала я было подумал, что карту загадили мухи, но – вынужден признать – дальнейшее исследование показало, что я был неправ. Я должен кричать: «Аллилуйя!», ибо вне всякого сомнения, волны шока от взятия города сотрясают Ричмонд даже сейчас, в момент, когда я об этом говорю.

- Покахонтас, штат Арканзас? - Повторил Херндон.

Сэм кивнул.

- Фанфары и барабанный бой? – Спросил репортер.

Сэм передал ему листок телеграммы. Херндон прочел ее и скривился.

- Фанфары и барабанный бой, это уж точно! О Господи Боже, да мы ни разу кудахтнуть об этом не должны, если мы когда-нибудь все-таки возьмем Луисвилл.

- Нельзя кудахтать над яйцом, которое снес не ты, - указал Клеменс. – Луисвилл все еще не наш, но Покахонтас, штат Арканзас – наш, клянусь громом!

Он хлопнул в ладоши раз, два, три.

- Сэм, - жалобно проговорил Херндон. – Ну почему нашей страной управляют законченные кретины?

- У меня была теория, что мы имеем то правительство, которое заслуживаем, - проговорил Сэм. – Но насколько плохи мы ни были сами, я все же не думаю, что мы настолько плохи. Прямо сейчас я внимательно присматриваюсь к концепции, которая утверждает, что Бог нас ненавидит. – Он взглянул на своего друга. – И я знаю кое-кого, кто возненавидит тебя, если ты сейчас же не опустишь свое седалище на стул и не приступишь к работе, - и чтобы смягчить тон сказанного, добавил. – И мне тоже следует заняться тем же.

Возвратившись к статье Эдгара Лири, он расправился с семью прилагательными за один присест.

При отрывистых звуках винтовочной стрельбы, донесшихся с северной окраины Тумбстоуна, штат Нью-Мексико, майор Горацио Селлерз повернулся к Джебу Стюарту.

- Вы были правы, сэр, - сказал он. – Они действительно пытаются удержать город. Вот уж не думал, что они такие дураки.

- Я думаю, что большинство настоящих солдат янки мы завернули в Тусон – я имею в виду, тех из них, кого мы не взяли в плен в Контеншн-Сити, - ответил Стюарт. – Все, кто оказывают нам сопротивление в этом районе, это в большинстве своем «Тумбстоунские рейнджеры» и подобные им, если не ошибаюсь. Здесь они сражаются за свои жилища.

- И у них совсем не осталось даже тех мозгов, которыми Бог наделил верблюда, - и с этой сентенцией Селлерза Стюарт также не мог не согласиться.

Его адъютант потер руки в диком веселье.

- И они за это поплатятся!

«Бабах!» - Грохот был громче звука дюжины обычных винтовочных выстрелов. Большое облако дыма, поднявшееся в воздух со стороны кладбища, расположенного к северу от Тумбстоуна, возвестило о том, что его защитники раздобыли где-то пушку. Стюарт даже бровью не повел.

- Всем сердцем надеюсь, что к нынешнему моменту наши солдаты уже научены тому, чтобы не собираться в плотные толпы, подставляя себя тем самым под огонь полевых орудий, - на его лице даже можно было заметить проблеску улыбки. – Эти гладкоствольные «наполеоны» в прошлой войне очень нам помогли, но мы с тех пор прошли долгий путь.

Его собственная артиллерия, размещенная на цепи холмов, которая перерастала затем в Драгунские горы, опоясывающие город с севера и востока, состояла из современных нарезных орудий, которые не только превосходили по дальности устаревшую пушку тумбстоунских янки, но и были намного более точными.