- Так точно, сэр! – Выпалил Кастер. – Мы разгромим их, мы должны разгромить их, и мы это сделаем.

А потом, почти не тая в себе надежды, осведомился:

- А чем мы здесь, в Юте, можем помочь? - что означало: «а чем я лично, находясь здесь, в Юте, могу помочь?»

У Поупа уже имелся на это ответ:

- Как я вам уже говорил, я очень высоко отзывался о вас в своих рапортах в Филадельфию. И эти похвалы явно дали свои плоды. – Он порылся среди бланков телеграмм и выудил среди них одну. – Согласно приказу, вы и 5-й кавалерийский полк, и в особенности – восемь картечниц Гатлинга, приданных вашему полку – должны передислоцироваться в Грейт Фоллз в Монтане и там объединиться с войсками, защищающими нашу возлюбленную страну. А вам, полковник, приказывается взять на себя общее командование обороной с присвоение внеочередного чина бригадного генерала.

Поуп встал из-за стола и пожал Кастеру руку.

- Мои поздравления, генерал Кастер!

У Кастера перед глазами заплясали розовые пятна, и он, все еще ошеломленный новостью, пожал протянутую руку.

- Сердечно благодарю вас, сэр, - прошептал он.

Он мечтал о звездах на погонах с того самого дня, как поступил в Вест-Пойнт, и теперь, наконец, его мечта сбылась.

- Я спасу нашу страну, сэр, - заявил он, а потом его внутренний голос добавил: «несмотря на эти картечницы Гатлинга».

ГЛАВА 14

Войдя в редакцию «Сан-Франциско морнинг колл» и повесив свою соломенную шляпу на одну из лап вешалки, Сэм Клеменс осведомился:

- Ну, хорошо, ребятишки, что плохого у нас произошло с тех пор, как я ушел вчера вечером домой?

Ему ответил целый хор голосов – настолько громких и настойчивых, что он сначала даже не был в состоянии отделить одну плохую новость от другой: британская армия в Монтане все еще продолжала свое движение на юг. Британские мониторы на Великих Озерах снова абсолютно безнаказанно бомбардировали прибрежные города США, в Луисвилле продолжалась безрезультатная кровавая мясорубка.

- Президент Блейн не посчитал основания для прекращения этой войны достаточными, - заметил Клеменс. – А сейчас наши враги, кажется, дают их ему в достаточном количестве, так?

- И Покахонтас, что в Арканзасе, теперь снова в руках мятежников, - добавил Клей Херндон.

- Боже милостивый! – Сэм пошатнулся, словно солдат, получивший смертельное ранение. – Вот этот факт действительно доказывает, что наша борьба бесполезна! Что, за исключением такого непременного его атрибута, как цельнокостяной череп, может еще не давать возможности Блейну прислушаться к доводам рассудка?

- Вот еще, - Эдгар Лири протянул ему самую свежую телеграмму с самого верха стопки. – В телеграмме говорится, что британские броненосцы появились на рейдах Бостона и Нью-Йорка, и что они бомбардируют гавани и сами города.

- Боже милостивый! – На этот раз из голоса Клеменса исчезло всякое шутовство. – Они собираются нас показательно выпороть. Прежде, чем ввязываться в войну со всем остальным светом, стоило бы сначала подумать о том, что нам необходимо постараться заблаговременно подготовиться к этому. Но демократы, очевидно, полагали, что, говоря мятежникам: «слушаюсь, масса» один раз на день и дважды по воскресеньям, они смогут избежать войны, а посему они не особо беспокоились по поводу укрепления армии и флота.

И Блейн тоже не беспокоился по их поводу – он просто решил взять их и кинуть в войну, невзирая на то, готовы они к ней или нет. Ну, а теперь мы-то знаем ответ на этот вопрос.

Откуда-то из недр конторы прозвучало:

- Господи Иисусе! В телеграмме говорится, что французский флот обстреливает из орудий лос-анджелесскую бухту.

- Вот именно! – Прокричал Сэм. – Именно так все и есть! Конфедераты кладут нас на обе лопатки, Англия прыгает на нас, как только мы оказались повержены на землю, а теперь Франция кусает нас за пятку.