Я выпучил глаза:

— Это я-то упрямый?

— Ты самый упертый человек из всех, кого я знаю.

— Позволь не согласиться.

— Вот видишь? Ты даже не хочешь признать, что я могу оказаться прав!

— Потому что я не упертый.

Пеппер испустил глубокий вздох:

— Вот опять, Зед…

— Скажи-ка, Пепс, — попросил я, — ты вот снимал свои программы, исследовал непознанное… Хоть раз видел призрака? Только честно?

— В твоем представлении — ни разу.

— Как это?

— Я не видел летающей простыни, которая кричит: «У-у-у!»

— А что тогда видел?

— Вещи, которые невозможно объяснить. Я фиксировал холодные участки воздуха, необычные концентрации атмосферных ионов, различные фотоаномалии…

— Всякими приборчиками из «Охотников за привидениями»?

Своим научным оборудованием, Зед. Детекторами электромагнитных полей, инфракрасными камерами…

— Не хочу показаться слоном в твоей посудной лавке с привидениями, Пепс, но если бы эти штуки действительно срабатывали, неужели ты давным-давно не доказал бы существование призраков?

— Научных доказательств существования в космосе черных дыр куда меньше, чем найдено свидетельств существования призраков. При этом ты веришь в черные дыры, верно?

— Не путай красное с соленым.

— А что тебя смущает, Зед? Парапсихология — вовсе не псевдонаука, или, во всяком случае, не надо считать ее таковой. Существует множество уважаемых организаций и университетов, которые всерьез изучают сверхъестественные феномены. Пару лет тому назад, например, был проведен один очень показательный эксперимент. Неизлечимо больной человек вызвался умереть в воздухонепроницаемой стеклянной коробке. И точно в момент его смерти стекло, которое было около трех сантиметров толщиной, все пошло трещинами. Но ведь для чего-то подобного требуется невероятное количество энергии! — Тут Пеппер выдержал театральную паузу. — А теперь, имея это в виду, вспомни слова Эйнштейна. Вся энергия нашей Вселенной — постоянная величина. Ее нельзя ни создать, ни уничтожить. Она просто переходит в иную форму. Так что же происходит с электрической энергией в моем или в твоем теле? Той самой энергией, которая заставляет биться наши сердца? Куда она исчезает, когда мы умираем? Она продолжает существовать, только уже в другой форме. И эта форма как бы…

— Призрачная, — подсказал я.

— Именно, Зед!

— Ну, если только сможешь подтвердить это чем-то, кроме трещины в стекле или мимолетной флуктуации электромагнитных полей, дай мне знать, договорились? С меня пиво.

— Мне казалось, что человек, на собственном опыте переживший выход из телесной оболочки, мог бы быть более восприимчив к тому, что может ждать всех нас по ту сторону жизни.

— Фейерверк сгорающих нейронов, Пепс. Галлюцинация.

— Послушай, Зед. Допустим, что мы пока не нашли надежный способ убедиться в существовании призраков, но это вовсе не значит, что их нет!

— В таком случае откуда на них одежда? — усмехнулся я. — Если после смерти наша энергия переходит в какую-то иную форму, почему наша одежда, а именно изготовленная на фабрике продукция, переходит туда вместе с нами? Сам знаешь, призрак дворецкого в старом британском особняке. Откуда на нем шотландский килт и галстук-бабочка?

— Закрой глаза и представь, как ты выглядишь со стороны. Что сейчас на тебе?

— То самое, что ты сейчас видишь.

— То есть ты не голый?

— Прости, если разочаровал.