— Согласен, деньги вообще важны лишь в самом начале пути, — кивнул я, рассматривая добычу. — И всё же, именно на этой точке я сейчас нахожусь, в самом начале. Поступим следующим образом: винтовки и ружья продать в той мере, в которой вы советовали. Отобрать и оставить только самое лучшее.

— Хорошо, это будет довольно просто, выбор-то не очень большой.

— По простым кирасам и шлемам поступим аналогичным образом. А вот по доспехам у меня будет уточнение: самые дорогие, инкрустированные и богатые, нужно будет отвезти в Царицын и продать. Желательно подороже, с какого-нибудь аукциона, — с долей жалости ответил я. Конечно, хотелось лучший трофей, наоборот, оставить себе, но за один хороший доспех можно купить десяток не самых лучших. А главное — нанять так нужных мне стрелков. — По технике: привезите механика или оценщика, чтобы он посмотрел на остовы паромобилей и прикинул, сколько они стоят.

— Всё же хотите их отремонтировать? — переведя скептический взгляд с трофеев на меня, спросил Никифор Петрович. — Вряд ли этот металлолом кого-то заинтересует.

— Вот и узнаем, — пожав плечами, ответил я. — Сколько у нас выходит?

— Если по оценочным ценам и без самого дорогого, около шестнадцати золотых, — первой ответила Милослава, имеющая превосходную хозяйственную жилку. Недаром и боярыней Гаврасовой стала, и село себе отжала. Даже немного страшновато. А ещё очень обидно, но совсем не из-за её хватки.

— Погоди… Получается, мы за половину икры и рыбину выручили в семь раз больше? — не поверив, проговорил я, но, быстро пересчитав всё в уме, понял, что больше двадцати золотых ну никак не получится.

— Вы просто не понимаете ценности звёздной икры, господин, — покачав головой, наставительно сказала Милослава. — Это очень редкий и ценный улов. Если бы мы принесли сейчас второе ведро, оно бы стоило раз в пять дешевле. Третье? В десять раз. Потому как перестало быть такой уж редкостью, да и спрос на неё хоть и велик, но по нормальным ценам её себе позволить разве что графские дочки могут, да всякие купцы первой гильдии, промышленники.

— Мне она всё равно нужна, в любых количествах, — недовольно цокнув, сказал я, ну кто мог догадаться, что обнаружится водная стихия? Знал бы прикуп, жил бы в Сочи. Которого в этом мире нет. И не факт, что Черноморское побережье вообще подходит для обитания, и его не заполонили монстры.

— Поздно сожалеть, нужно действовать! — одёрнув сам себя, сказал я. — Пару дней, пока вы ездите на торги, я побуду здесь, займусь подготовкой к зиме. Заодно дождусь, пока катер оборудуют сетями. Не зря же я их покупал. Ячейки достаточно крупные, чтобы мелкая рыбёшка в них проскальзывала и попадалась лишь крупная. Надеюсь, среди них и стихийная найдётся.

— Как прикажете, господин, — улыбнулась Милослава. — Займусь немедленно. А там и дочку повидаю.

— Всё же ты её любишь, хоть она от твоего материнства отказывается раз за разом.

— Детей не выбирают, — пожала плечами жрица, но затем задумалась. — Нет, можно, наверное, и выбрать, но… мне пока и этой головной боли хватит.

Спрашивать её, как так совмещается, что она и со мной спит, и дочку в жёны отдать хочет, я не стал. Её дело. Тем более что София у меня вызывала скорее чувство глубокого испанского стыда, а не привязанности. Возможно, в будущем, когда-нибудь, это изменится, но пока я в ней видел лишь трудного подростка. Правда, поводов для этого у неё было предостаточно.

Вскоре караван из паромобиля и телеги, гружёной оружием, под охраной десятка стрелков из бывших стражей и следователей отправился в Царицын. А я, наконец, занялся тем, чем планировал — укреплением, расширением и углублением. Меня ощутимо тянуло к земле, а работать с камнем становилось всё приятней и быстрее.