Две тысячи серебром. Столько стоила эта невзрачная субстанция.

Щука записал сумму в свою книгу, и теперь она висела над моей головой рядом с долгом по векселю. Две тысячи Кирилла плюс две тысячи Щуки — четыре тысячи серебром.

Ладно, — сказал я себе. — Деньги — потом. Сначала — работа.

Я отошёл к печи и проверил угли. Жар ещё держался, красноватое свечение пробивалось сквозь решётку. Подбросил пару поленьев, подождал, пока займутся. Для эликсира нужен ровный, стабильный огонь — не слишком сильный, не слишком слабый. Как для хорошего соуса.

Достал из шкафа старый медный котелок с позеленевшими ручками. Протёр его тряпкой, хотя он и так блестел. Просто нужно было чем-то занять руки, пока голова готовилась к главному.

Система. Рецепт «Стальная Длань». Показать параметры.

Интерфейс развернулся в воздухе, и в дрожащем свете свечей строчки казались почти осязаемыми.

Эликсир «Стальная Длань»

Назначение: Восстановление нервных путей, устранение тремора

Сложность: Высокая

Компоненты:

— Яд щитомордника семейства гадюковые (3 капли) — подавление спазмов

— Золотой корень (10 грамм) + Панты оленя (5 грамм) — стимуляция и регенерация

— Масло грецкого ореха + Мёд — питательная среда

— Каменное масло (5 грамм) — буфер-стабилизатор.

Вероятность успеха: 56 %

Вероятность летального исхода при неудаче: 67 %

Пятьдесят шесть процентов.

Пятьдесят шесть — это чуть больше половины. Словно я готовился подбросить монету. Орёл — старик получит свои руки обратно. Решка — я его убью.

Шестьдесят семь процентов летального исхода при неудаче. Две трети. Если эликсир не сработает как надо — Лука умрёт. Сердце не выдержит конфликта между ядом и корнем, нервная система сгорит, как пересохшая солома.

Я налил воды в котелок, поставил на край печи, туда, где жар был ровным и мягким. Затем достал горшочек с медом. Зачерпнул ложку и опустил в горячую воду. Медленно размешал, пока вода не стала мутноватой и сладкой на запах. Мед послужит связующим элементов для эмульсии.

Затем взял нож и положил золотой корень на доску. Скрюченная фигурка смотрела на меня узелками-глазами, и на секунду мне показалось, что она живая. Чушь, конечно. Просто усталость и темнота играли с воображением.

Я занёс нож.

Корень нужно было измельчить до состояния кашицы — грубые куски не растворятся как надо, оставят комки, нарушат баланс. Каждый срез должен быть точным, а движение — выверенным. Как у сапёра, который режет провода. Красный или синий. Жизнь или смерть.

Лезвие опустилось на корень.

Первый надрез. Волокна поддались неохотно, цепляясь за сталь. Густой желтоватый сок выступил на срезе, и в воздухе поплыл горьковатый запах леса и земли. В совокупности он пах чем-то древним и мощным.

Второй надрез. Третий. Четвёртый.

Нож ритмично стучал по доске. Я работал медленно, не позволяя себе торопиться. Времени достаточно — до рассвета ещё шесть часов. Эликсир должен вариться три часа, потом настаиваться ещё два. Потом — мне самому нужно будет поспать.

Потом — дорога к Луке и момент истины.

Я отогнал мысли о будущем и сосредоточился на настоящем.

Когда корень превратился в однородную кашицу, я отложил нож и вытер руки.

Пальцы были жёлтыми от сока — липкими, пахнущими землёй и горечью. Я потёр их тряпкой, но запах остался, въелся в кожу.

Ладно. Потом отмою.

Пант оленя пришлось тереть на мелкой терке, превращая в красноватую пыль. Я смешал кашицу корня и пудру панта в миске. Запахло землей, кровью и дикой силой. Это был заряд чистой Жизни.

Вода в котелке кипела — мелкие пузырьки поднимались со дна ровным потоком.