41 %… 38 %… 34 %…

Я рванулся к столу, схватил шкатулку с каменным маслом. Отломил нужное количество.

29 %… 25 %…

Бросил каменное масло в котелок. Я надеялся, что процесс остановится, но цифры продолжали падать. Жидкость бурлила, выплёскиваясь через край, шипела на углях. Каменное масло плавилось, но компоненты были слишком агрессивны — они просто разрывали стабилизатор на части, не давая ему сработать.

22 %… 19 %…

Чёрт, просто так они не договорятся. Что делать? Думай.

Интуиция взвыла и я сделал то, чего не было в рецепте. Шагнул к печи и положил ладони прямо на горячие края медного котелка. Металл обжёг кожу, но я проигнорировал боль. Закрыл глаза и без всякой осторожности потянулся к Дару рывком вычерпывая себя до дна. Сила хлынула из меня в котелок, а я представил, как невидимый венчик взбивает эту адскую смесь.

Я чувствовал, как сила проникает в бурлящую жидкость, хватая молекулы смерти и прибивая их к молекулам жизни намертво.

— Вы не враги, — прошептал я сквозь стиснутые зубы. — Вы — единое целое. Жидкость сопротивлялась. Котелок завибрировал так, что у меня лязгнули зубы.

В голове что-то лопнуло со звонким треском, в носу стало горячо и мокро. Капля крови сорвалась с губы и упала прямо в варево и это стало решающим шагом.

Древнее каменное масло вдруг впитало мою волю и кровь, и встало несокрушимым мостом между враждующими силами. Бурление стихло мгновенно. Чёрный цвет побледнел, желтизна растворялась, и на смену им пришло ровное, металлическое сияние.

Я открыл глаза. В котелке переливалась жидкость цвета расплавленной ртути. Я отпустил котелок и отшатнулся назад. Перед глазами вспыхнуло сообщение.

АЛХИМИЧЕСКИЙ ПРОРЫВ! Создан уникальный предмет.

Эликсир «Стальная Длань» (Модификация: Кровь Создателя)

Качество: ЛЕГЕНДАРНОЕ

Эффекты:

— Полное восстановление нервных путей.

— Абсолютная фиксация моторики.

— Побочный эффект: «Рука Мастера» (повышенная точность движений навсегда).

Получено опыта: +3500 ед. (Бонус за риск и уникальность)

Ноги подкосились, и я рухнул на пол, больно ударившись плечом о ножку стола. Голова кружилась так, что кухня поплыла каруселью. Перед глазами плясали чёрные мушки, в ушах стоял тонкий писк.

Я поднял руку, чтобы вытереть лицо, и увидел, как пальцы дрожат мелкой, противной дробью. Горькая ирония. Я только что сварил величайшее лекарство от тремора, а сам трясусь как последний паралитик.

Дар выпил меня досуха, взяв плату за чудо. Я слизнул с губы солёную кровь и криво усмехнулся, глядя на котелок снизу вверх.

Три с половиной тысячи опыта. Почти уровень за одну ночь.

— Два часа, — прохрипел я в пустоту, чувствуя, как сознание уплывает. — У меня есть два часа, чтобы не сдохнуть, а у эликсира — чтобы настояться. Глаза закрылись сами. Темнота навалилась мягким одеялом, и я провалился в сон прямо там, на досках пола, под запах остывающего жира, трав и великой алхимии.

Я проснулся от холода.

Тело затекло, шея болела так, будто её всю ночь выкручивали. Я лежал на полу кухни, прижавшись щекой к холодным доскам, и несколько секунд не мог понять, где нахожусь. Потом память вернулась — котелок, варево, кровь из носа, падение.

Рывком сел и тут же пожалел об этом. Голова взорвалась болью, перед глазами всё поплыло. Я вцепился в край стола и переждал, пока мир перестанет вращаться.

Свечи давно догорели. Серый предрассветный свет сочился через щели в ставнях, рисуя полосы на полу.