Треск усилился. Лука рухнул на колени, вцепился здоровой рукой в край лежанки. Чёрные линии добрались до плеч, поползли по шее, и на мгновение мне показалось, что его сейчас разорвёт изнутри, что я переборщил с дозировкой и моя кровь сделала эликсир слишком сильным…

Вдруг повисла тишина.

Она обрушилась так резко, что у меня заложило уши. Треск оборвался на полузвуке, чёрные линии под кожей начали бледнеть, растворяться и исчезать. Лука застыл на коленях, согнувшись пополам, тяжело дыша.

Я замер в ожидании.

Вдруг старик медленно поднял руку. Поднёс её к лицу, повернул ладонью к себе, потом от себя. Пальцы его больше не дрожали. Он их согнул и разогнул нарочито медленно, проверяя отзывчивость.

— Господи… — прошептал он. — Боже мой…

Я выдохнул.

Система. Статус пациента.

Пациент: Лука, резчик

Нервная Иссоха: ИЗЛЕЧЕНА

Тремор: УСТРАНЁН

Побочный эффект: «Рука Мастера» — повышенная точность движений

Состояние: Стабильное

Получен опыт: +4200 ед.

Бонус за уникальный рецепт: +800 ед.

Бонус за первое применение: +500 ед.

УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!

Текущий уровень: 18

Доступно очков навыков: 1

Я закрыл интерфейс. Потом займусь.

Лука поднялся на ноги, пошатываясь. Лицо его было мокрым от пота, глаза блестели лихорадочным огнём. Он смотрел на свои руки так, как верующий смотрит на явленное чудо.

— Они слушаются, — голос его дрожал, хотя руки были неподвижны. — Повар… они слушаются…

— Я вижу.

— Год… — он сглотнул. — Целый год я не мог… А теперь…

Старик метнулся к куче хлама в углу и начал рыться в ней, отбрасывая тряпьё, обломки, какие-то склянки. Вытащил деревянный ящик, сдул пыль, открыл. Внутри лежали резцы — десятка два, разных форм и размеров, тускло блестящие в свете очага.

Лука схватил один из них, повертел в пальцах. Движения были точными, уверенными, без тени той проклятой дрожи, которая превращала его жизнь в ад.

— Дерево, — пробормотал он. — Мне нужно дерево. Где-то тут был чурбак…

Он снова нырнул в хлам, выволок на свет обрезок размером с два кулака. Уселся прямо на пол, прижал чурбак коленями и полоснул резцом по поверхности.

Стружка упала на пол идеальной спиралью.

Лука засмеялся. Тихо, потом громче, потом в полный голос — счастливым безумным смехом человека, которому только что вернули смысл жизни. Резец мелькал в его руках, стружка летела во все стороны, и на глазах бесформенный чурбак превращался во что-то осмысленное.

— Год, — бормотал он, не прекращая работы. — Год без этого. Год сидеть и смотреть, как руки трясутся. Видеть в голове картинку и не мочь её вырезать. Год…

— Лука.

Он не слышал. Резец впивался в дерево снова и снова, высекая линии, углубления, изгибы. Старик работал с яростью голодного, дорвавшегося до еды.

— Лука!

— А? — он поднял голову и уставился на меня дикими глазами. — Чего тебе?

— Дракон для вывески. Помнишь уговор?

— Да-да, — Лука нетерпеливо отмахнулся. — Сделаю. Через неделю приходи. Нет! Сам принесу!

— Не торопись. Мне нужна качественная работа, а не…

— Иди отсюда!

Я моргнул.

Старик уже снова склонился над чурбаком, резец мелькал как живой. Он даже не смотрел в мою сторону.

— Ты мне свет загораживаешь, — буркнул он. — Стоишь тут, маячишь. Иди давай, не отвлекай. У меня руки тряслись, а не маразм случился.