Елена Змеева, коллекционер и эстет до мозга костей, слушала эти наивные россказни, но видела за ними суть. Человек, способный создать такое совершенство, обладал не просто силой, а вкусом и пониманием гармонии. И это делало его в ее глазах гораздо более интересной и опасной фигурой, чем любой из грубых вояк вроде Медведева. Она хотела получить не только его секреты, но и, если повезет, самого гения-садовода в свою коллекцию. Операция «Троянский конь» была для нее идеальной возможностью заглянуть за стены его таинственного сада.

Медведев хмуро покачал головой:

— Не нравится мне все это. Слишком сложно.

— Виктор, — усмехнулся Волконский, — иногда сложность — это достоинство, а не недостаток. Мы попробовали грубую силу. Теперь время для тонкой работы.

Совет закончился. Столичные кланы переходили к новой тактике — терпеливой, хитрой и потенциально смертельной.

* * *

Особняк Орловых

Светлая гостиная в поместье клана Орловых была воплощением аристократического вкуса — хрустальные люстры, картины старых мастеров, мебель из редких пород дерева, но сегодня вся эта красота служила лишь декорацией для семейной драмы.

Патриарх Орлов с грохотом швырнул планшет на мраморный столик. Экран показывал фотографии с Дня Города — Кассиан держит за руку Дарину, а на ее лице застыло выражение экстаза, как у верующей, увидевшей божество.

— Объясни мне это! — рычал отец, тыча пальцем в изображение. — Объясни, как дочь из древнего рода Света может так унижаться перед этим… этим монстром!

Дарина сидела в кресле напротив, недоуменно смотря на родителей.

— Калев Воронов — позор и проклятие этого региона! — продолжал Патриарх. — Он творит мерзости, подрывает основы общества, разрушает установленный порядок. А ты… ты позоришь наш род, появляясь рядом с ним на публике!

Мать Дарины, изящная женщина средних лет, кивала в такт словам мужа:

— Дарина, дорогая, ты понимаешь, какой скандал это вызвало в высшем свете? Леди Волконская вчера демонстративно отказалась со мной разговаривать. Наша репутация пострадала!

— Репутация? — тихо переспросила Дарина.

— Да, репутация! — взорвался отец. — Мы — носители Света, хранители древних традиций! А ты дружишь и работаешь у человека, который, по слухам, практикует темную магию!

Дарина медленно поднялась с кресла. Что-то в ее позе заставило родителей замолчать.

— Вы говорите о темной магии? — произнесла она спокойно. — А видели ли вы, как он спас жизнь Антону Молотову? Как его эликсиры исцеляют то, что не может исцелить наша «светлая» медицина?

— Дарина! — предостерегающе воскликнула мать.

— Нет, пусть она говорит, — остановил ее Патриарх. — Хочу услышать, как глубоко зашла эта… одержимость.

Дарина посмотрела на отца холодно:

— Одержимость? Вы так называете стремление к знаниям? Желание учиться у того, кто превосходит меня в искусстве врачевания?

— Он использует запретные методы! — настаивал отец. — Нарушает законы природы!

— Он расширяет границы возможного, — парировала Дарина. — Превращает алхимию из средневекового знахарства в точную науку. И вы хотите, чтобы я отказалась от этих знаний ради вашей репутации в светских салонах?

Мать всплеснула руками:

— Дарина, что с тобой случилось? Раньше ты была такой послушной…

— Раньше я была слепой, — ответила Дарина.