У меня мгновенно пересохло в горле.

– Хочешь сказать, моя проблема в том, что я не слушаю других? Что окружающие знают, что нужно Стелле, лучше, чем я? И ты тоже, полагаю?

– Ладно, – сдалась Шери. – Забудь, что я сказала. Давай сменим тему.

– Все нормально, – я натянуто улыбнулась. – Мне что-то нехорошо. Я пойду.

Шери проводила меня до двери, пообещав, что мы «обязательно скоро увидимся». Может быть, Зак и прав: зачем учиться социальным навыкам? Слишком часто они требуют, чтобы мы скрывали свои истинные чувства. Я привыкла думать, что наша дружба с Шери держится на том, что мы очень похожи: обе готовы пойти на все ради своих особенных детей, наперекор чужим суждениям. Но, оказывается, все это время она втайне осуждала меня. Она права, я действительно никогда не слушала ее внимательно. Иначе давно бы поняла: мы с ней совсем разные.

⁂

Когда я была уже недалеко от дома, мой телефон пиликнул. Пришло сообщение от Пита: «Едем домой из аквапарка "Коралловый риф"! Эмми предложила сводить детей поиграть, а я пригласил их поплавать».

Я поморщилась. О чем он думал? Пиратский корабль, пять горок, шум, толпа народу, настоящий сенсорный кошмар… Но тут пришло второе сообщение, с фотографией. На дисплее моего телефона появились Стелла со слабой улыбкой и мокрыми прядями, прилипшими к плечам, и Лулу, которая улыбалась во все зубы и обнимала мою дочь за плечи. Я долго смотрела в глаза Стеллы, пытаясь угадать, что у нее на душе. Возможно, она действительно наслаждалась моментом – хотя еще пару месяцев назад ни за что бы не согласилась на такой досуг. А может, она только притворяется и терпит все это, уже сочиняя в голове очередную запись для своего дневника.

И тогда меня осенило. А вдруг перемены в ней – это не внешнее воздействие, не влияние Ирины и не шок от самоубийства Бланки? Вдруг она изменилась сама, усилием воли?

Но зачем?

Я снова взглянула на фото. Лулу ослепительно улыбается, а Стелла… у нее улыбка натянутая. Пит наверняка увидел в ней искренность, но меня так просто не обмануть. Стелла отчаянно пыталась угодить отцу, показать ему, что ей весело. Может, поэтому она внезапно полюбила бассейн – Пит мечтал, чтобы она стала хорошей пловчихой. После того как она «опозорила» его на дне рождения, она решила вести себя идеально перед его друзьями. А когда у нее в прошлый раз случилась истерика, Пит не выдержал и молча ушел из дома, и тогда она решила навсегда избавиться от приступов.

И как я раньше всего этого не замечала? Стелла изо всех сил старалась угодить Питу, снова стать его истинным севером. Это для него она играла роль идеальной дочери. Единственной зацепкой, которая выдавала ее напряжение, был дневник. Только там ее мысли рвались наружу, пульсируя, как раны.

Когда я добралась до дома, Эмми с Лулу как раз шли по садовой дорожке. На крыльце стояли Пит со Стеллой и махали им вслед.

Когда Эмми заметила меня, на ее лице отразилось удивление. Сегодня на ней было платье с яркими полосками – малиново-красной, апельсиново-оранжевой и лимонно-желтой. В этом наряде Эмми походила на фруктовое мороженое. Влажные волосы мягкими волнами обрамляли лицо. Вид у нее был свежий и моложавый.

– Привет, Шарлотта! – сказала она. – Мы так, забежали на секундочку. Домой ехать еще далеко, а нам с Лулу в туалет приспичило. Девочки так славно поиграли!

Пит продолжал махать им с порога. Его кудри намокли и прилипли к голове, а глаза за очками поражали своей синевой, как в старые добрые времена, когда он еще катался на серфе. Он держал Стеллу за руку.

Когда гостьи ушли, мы вернулись в дом.

– День прошел потрясающе, – сказал Пит, широко улыбнувшись. – Стелла такая умница.

– В самом деле?

– Она даже не испугалась волнового бассейна.