– Проклятие! Следует сжечь эту мерзкую книжку.

– Или перестать следовать ее советам. Алек повернул Кэтрин лицом к себе:

– Да я никогда…

– Я знаю. – Она прижала ладонь к его губам. – Я это знаю. – И только когда Алек немного успокоился, она убрала руку от его губ. – Но очевидно, что развратники и респектабельные мужчины, вырвавшиеся на свободу, мыслят одинаково.

Алек подозрительно посмотрел на Кэтрин:

– В каком смысле?

– Ведь ты пытаешься соблазнить меня, не так ли? Поколебавшись, он покачал головой:

– Я хочу заняться с тобой любовью. Это не одно и то же.

– Разве?

– Совращение – это когда мужчина принуждает женщину сказать «да». – Алек притянул Кэтрин к себе и, нагнувшись, зашептал ей прямо в ухо: – А заниматься любовью означает, что она говорит «да», потому что сама хочет этого.

Подобного определенно не было в «Руководстве для повесы». Кэтрин прочитала достаточно, чтобы понять: анонимный автор не верит в то, что у женщины может быть выбор.

– А почему я должна сказать «да»? – Едва Кэтрин произнесла эти слова, как поняла, что обречена, потому что она уже думает об этом, уже хочет этого, уже…

– Потому что ты нуждаешься во мне не меньше, чем я в тебе. – Алек снова поцеловал ее, и это был поцелуй мужчины, который знает, чего хочет она. – Докажи, что ты доверяешь мне, дорогая. Докажи, что ты больше не побежишь к Ловеласу в ту же минуту, когда я тебя разочарую. Докажи, что ты хочешь выйти за меня замуж.

– Я действительно хочу выйти за тебя замуж, но… должны быть определенные правила.

– Никаких правил! – решительным тоном произнес Алек.

–Но…

– Нет! – прорычал он и, стянув с Кэтрин рубашку, отбросил ее в сторону.

Увидев Кэтрин обнаженной, Алек широк раскрыл глаза. В смущении она попыталась прикрыться руками, но Алек схватил и развел их в сторону, чтобы полюбоваться обольстительным зрелищем.

– У тебя слишком много правил, дорогая моя, – сказал он и посмотрел Кэтрин в глаза. – Требуй от меня всего, чего желаешь, когда мы не одни, но когда мы наедине, правило должно быть только одно.

От пылающего страстью взгляда Алека Кэтрин почувствовала, как затвердели ее соски.

– К какое же?

– Правило любовников: важно лишь то, что доставляет удовольствие другому.

– А если я хочу большего? Если я хочу… – Чего? Любви? Кэтрин говорила Алеку, что не верит в любовь. – Взаимной нежности? Внимания к моим чувствам?

– Ты получишь и это, – ответил Алек, и на его лице появилось незнакомое дотоле Кэтрин выражение. – Ты это обязательно получишь.

По какой то непонятной причине Кэтрин поверила ему.

– Ну хорошо. Тогда я говорю «да». Алек обнял Кэтрин за талию.

– «Да» чему?

– Ты же сказал, что это означает «заниматься любовью». Если женщина говорит…

Алек не дал Кэтрин договорить, припав страстным поцелуем к ее губам. Очень скоро она почувствовала, как его язык глубоко проникает ей в рот… его палец сладостно ласкает сосок… другая его рука обнимает ее бедро и прижимает ее плоть к его бедрам…

Когда тугая мужская плоть оказалась прижатой к мягкой женской, Кэтрин вдруг вспомнила шокирующие картинки из «Руководства для повесы», где мужской орган выглядел поразительно большим.

Храни ее Господь, неужто и в самом деле может быть такое? Сгорая от любопытства, она просунула руку между их телами и вдруг почувствовала, как выпуклость в брюках у Алека шевельнулась.

– Ой, да он дергается! – вскрикнула Кэтрин от неожиданности и отдернула руку.