Вражда ожесточится, наша помолвка будет расторгнута, и я вновь
стану свободным человеком".
Вот так наш простодушный Гарри заложил свою мину и поджег фитиль.
Однако вскоре выяснилось, что взрыв никакого вреда не причинил, если не
считать того, что Уильям Эсмонд неделю ходил с распухшим носом и синяком под
глазом. Вызова своему кузену Гарри Уорингтону он не послал, а потому не убил
Гарри и не был им убит. Уилл полетел на пол и поднялся с пола. Да и сколько
людей поступило бы иначе, будь у них возможность свести счеты втихомолку,
так, чтобы не посвящать в это посторонних? Мария отнюдь не встала в ссоре на
сторону семьи, а высказалась в пользу своего кузена, как, впрочем, и граф,
когда он узнал об этой стычке. Драку начал Уилл, сказал лорд Каслвуд. Это
подтверждает капеллан, да и Уилл не первый и не десятый раз, напившись,
затевает ссору. Мистер Уорингтон только ответил подобающим образом на
оскорбление, и извиняться должен не он, а Уилл.
Гарри заявил, что не примет извинений до тех пор, пока ему не будет
возвращена его лошадь или не будет уплачено пари. Про то, как в конце концов
разрешился вопрос о пари, в бумагах, которые были в распоряжении автора
настоящей хроники, не говорилось ничего, но известно одно: кузены после
этого встречались в домах общих знакомых неоднократно и без
членовредительства.
Вначале старший брат Марии был очень не прочь, чтобы его сестра,
остававшаяся незамужней столько лет, в течение которых грязь и репьи,
прорехи и пятна, естественно, все больше лишали ее одежды былой белизны,
вступила наконец в брак, каким бы ни был жених. А если он окажется
джентльменом из Виргинии - тем лучше. Она удалится в его лесной вигвам - и
конец всем заботам. Согласно с естественным ходом вещей Гарри переживет свою
далеко не молодую невесту и после ее кончины утешится или нет - это уж как
он пожелает.
Но, приехав в Лондон и побеседовав с тетушкой Бернштейн, его
сиятельство переменил мнение и даже попробовал отговорить Марию от брака,
испытывая жалость к юноше, который обречен влачить горестную жизнь из-за
глупого обещания, данного в двадцать один год.
Горестную! Но почему? Мария отказывалась понять, почему его жизнь
должна стать горестной. Жалость, как бы не так! Что-то в Каслвуде его
сиятельство жалость не мучила. Попросту ее братец добывал у тетушки
Бернштейн, и тетушка Бернштейн обещала ему кругленькую сумму, если этот брак
не состоится. О, она прекрасно понимает милорда, но мистер Уорингтон -
человек чести, и она ему верит. Засим милорд удаляется в кофейню Уайта или в
какое-либо еще из своих излюбленных заведений. Возможно, его сестра слишком
точно угадала, о чем беседовала с ним госпожа Бернштейн.
"Итак, - размышляет он, - моя добродетель привела лишь к тому, что юный
могок станет добычей других, и я щадил его совершенно напрасно. |