Изменить размер шрифта - +

Видите ли, его переполняла доброта - богатство  делало  его  лишь  щедрее  и
великодушнее. Но столь благотворное влияние оказывает оно далеко не на всех.
Низкие сердца богатство ожесточает, тех, кто был  скареден  и  угодлив,  оно
делает скаредными и чванными. Если богам будет угодно испытать меня  десятью
тысячами годового дохода, я, разумеется, смиренно склонюсь перед  их  волей,
но буду молить их ниспослать мне силы, дабы я выдержал испытание. Девицы  на
Хилл-стрит очень обрадовались подаркам от  виргинской  тетушки  Уорингтон  и
отправили ей общее благодарственное письмо, которое немало удивило почтенную
даму, получившую его  весной,  когда  она  с  Маунтин  и  Фанни  приехала  в
покинутый угрюмый Каслвуд, где снег уже сошел и тысячи  персиковых  деревьев
оделись бело-розовыми цветами.
     - Бедный мальчик! - думала вслух его мать. -  Конечно,  это  он  послал
своим кузинам от моего имени в дни своего благосостояния... ах, нет,  в  дни
расточительства и мотовства. Как быстро исчезло его богатство! Но он  всегда
сострадал бедным, Маунтин, и мы не должны забывать  его  в  дни  нужды.  Нам
следует быть еще бережливее, любезные мои!
     И, вероятно, они обогревались одним поленом, ели обед из одного блюда и
работали при одной свече. Но боюсь, что слуги вдовицы по мере того, как  она
становилась все более прижимистой, лгали  ей,  крали  и  обманывали  ее  все
больше и больше, а потому сбереженное тут раскрадывалось там.
     Как-то после полудня мистер Гарри сидел у себя на Бонд-стрит в халате и
попивал шоколад, - окруженный роскошью, облаченный в атлас и все же  томимый
заботами. Незадолго перед этим, когда  удача  ему  улыбалась,  он,  рассыпая
щедроты направо и налево, по-царски приказал преподобному Сэмпсону составить
список его, Сэмпсона, долгов, которые он, мистер Уорингтон, уплатит. Сэмпсон
взялся за работу и составил список своих долгов, - правда, не всех (этого ни
один человек не сделает), но тем  не  менее  перечисление,  достойное  того,
чтобы представить  его  пред  очи  мистера  Уорингтона  во  время  завтрака,
накрытого на столе, возле которого капеллан смиренно  дожидался,  когда  его
чести будет угодно приступить к утренней трапезе.
     Наконец  появился  Гарри  -  очень  бледный,  томный,  с   волосами   в
папильотках, и принялся без всякого аппетита ковырять в  тарелке.  Капеллан,
сжимая в кармане свой каталог, смиренно предположил,  что  его  чести  плохо
спалось. Да, его чести очень плохо спалось! Двое носильщиков  доставили  его
домой от Уайта в пять часов утра, а он схватил дьявольский  насморк,  потому
что одно окошко в портшезе никак не  закрывалось  и  внутрь  сыпался  мокрый
снег. Короче говоря, он был в таком скверном расположении духа, что ни  одна
шутка Сэмпсона не вызвала на его губах даже подобия улыбки.
     Правда,  под  конец  мистер  Уорингтон  разразился   громким   хохотом.
Произошло это в тот миг, когда бедняга капеллан, в достаточной мере  обсудив
булочки, яичницу, чай, последние сплетни, театральные интриги и все  прочее,
извлек из кармана бумагу и жалобным тоном произнес:
     - Вот список долгов, составленный по  приказанию  вашей  чести.
Быстрый переход