– Как он это объяснил? – удивленно поднял бровь Артен.

– Похоже, он чувствует, что виноват перед нами. И хотел загладить свою вину.

– Странно, что он не упомянул об этом, когда пытался искушать нас с Эйрихом.

– Ничего странного, – возразил Эйрих, – тогда бы это выглядело слишком очевидной попыткой подкупа. И показывало, что они и впрямь в нас нуждаются.

– Логично, – согласился принц. – Впрочем, он мог просчитать и это. Вообще все эти догадки «я думаю, что он подумает, что я подумаю… « уводят в тупик. Или в бесконечность, что в данном случае одно и то же.

– А по‑моему, он был вполне искренен, – возразила Элина.

– Может быть, – неожиданно признал Эйрих. – В конце концов, маги – тоже всего лишь люди. И это делает их уязвимыми.

– Может, не следовало так резко отвергать их предложение? – засомневалась Элина. – Может, согласиться для виду, а тем временем…

– Я рад, что вы ищете самое разумное решение, а не самое благородное,

– хмыкнул Эйрих, – но мы имеем дело не с дураками. Не ждете же вы, что они вот так возьмут и поверят в искренность нашего согласия. Чем более ответственное дело нам бы доверили, тем более строгим был бы контроль. Не сомневаюсь, что в конце концов они влезли бы в наши мозги и без нашего согласия… маги древности умели читать мысли, не так ли?

– Да, от них никто ничего не мог скрыть. Но нынешним нужно еще тренироваться.

– Вот и пусть у них будут более насущные заботы, чем тренироваться на нас… Парадокс, но пока они считают нас их непримиримыми врагами, мы пользуемся наибольшей свободой и безопасностью. Дикого зверя, посаженного в клетку, никто не трогает, зверю же прирученному приходится терпеть кнут дрессировщика… Они уверены, что из клетки нам не выбраться, и не обращают на нас внимания.

– А на самом деле? – Элина уже не сдерживала нетерпения.

– Что на самом деле? – спросил Эйрих прежде, чем Артен успел открыть рот.

– Вы ничего не хотите мне рассказать? – Элина удивлялась нехарактерной для Эйриха непонятливости.

– О чем?

– Эйрих! Он же отдал мне волосы! Вот они! – графиня открыла футляр.

– А почему вы так уверены, что это ваши волосы?

– Ах вот оно что. А я уж было решила, что местный климат плохо влияет на ваши мыслительные способности, – не удержалась от мести Элина. – Ну, для того, чтобы определить, чьи это волосы, моих магических умений вполне достаточно, – она зажала волосы в кулаке и сосредоточилась. Элина впервые пользовалась магией на территории Зурбестана, и ее удивило, насколько легко и быстро пришел результат. Перед ее мысленным взором возник смешаный образ, который она без труда разделила на два – свой и Артена. Ральтиван не солгал.

– Строго говоря, и этот результат может быть внушенной вам иллюзией, а мы его перепроверить не можем, – пробурчал Эйрих. – Ну да ладно. Если они пасут нас настолько старательно, все наши замыслы все равно обречены…

– Итак? Вы нашли выход?

– Не совсем, – ответил Эйрих. – Я нашел спуск в подземелье, но там лишь несколько комнат, и никуда дальше мы проникнуть не можем. Во всяком случае, пока.

– Эти надутые пережитки прошлого так ничему и научились, – радостно пояснил Артен. – Когда они проверяли этот дом, прежде чем поместить сюда нас, то, очевидно, искали лишь то, что, по их мнению, по‑настоящему заслуживает внимания – что‑нибудь магическое.