|
Она попросила было принца поучить ее единому языку, но тот отмахнулся, сказав, что это слишком сложно и долго, и сейчас на это нет времени. В том же духе высказался и Эйрих, активно помогавший Артену в его изысканиях. Эти двое, теперь уже не таясь от Элины, целыми днями пропадали в библиотеке; наверх они книги не выносили, опасаясь визитов незванных гостей, да и к тому же записи зурбестанских ученых трудно было читать последовательно, от корки до корки – часто, наткнувшись на совершенно непонятное место, приходилось рыться в поисках разъяснения в других томах и рукописях, что отнимало уйму времени и далеко не всегда приносило ожидаемый результат, зато могло обогатить исследователей интересными побочными сведениями. На долю графини, таким образом, доставалась почетная обязанность сторожить дом, то есть целыми днями же бросать взгляды в окно, проверяя, не направляется ли кто‑нибудь проведать узников. Маги, однако, словно бы и не вспоминали о своих пленниках – очевидно, у них и впрямь хватало более важных дел. Элина уже могла наблюдать за этими делами непосредственно через окно – мимо дома все чаще проходили по каким‑то надобностям зомби, и, если не вглядываться в их застывшие в вечной маске тупого равнодушия лица, можно было сказать, что они снуют туда‑сюда с деловитым и озабоченным видом. Словно бы время вернулось вспять, в эпоху силы и славы Зурбестана, когда эти же самые горожане заполняли эти же самые улицы… «Нет, не эти, – подумала Элина. – Это лишь оболочки. Город по‑прежнему мертв, и мертвы все его жители… кроме нас. Не так ли будет выглядеть и весь мир при „благом правлении“ – одна лишь видимость воскрешенного великого прошлого, безнадежно мертвая внутри? И немногочисленные живые, запертые в тюрьме. « Ей понравился этот образ, и она записала его. Несмотря на то, что она писала теперь крайне убористым почерком, чистой бумаги оставалось всего три листа.
Близилось время обеда, и к приходу зомби всем следовало быть наверху – но Элина не беспокоилась за товарищей. Неким непостижимым образом, даже находясь под землей и углубясь в чтение, Эйрих всегда знал, который час, и вовремя оттаскивал от очередного тома забывавшего обо всем внешнем мире Артена. И действительно, вскоре в коридоре послышался голос принца, что‑то горячо втолковывавшего своему товарищу. – … целый раздел математики, посвященный операциям с бесконечно малыми величинами! – по тону Артена можно было подумать, что победа над магами у него уже в кармане. – Я не математик, – обычным своим спокойным тоном ответил Эйрих, входя в столовую. – Я практик. – Насколько я понял, операции с бесконечно малыми – не теоретическая игрушка, – возразил принц. – Они используются чуть ли не во всех практических расчетах, и, не освоив это исчисление, мы попросту не поймем формул, выражающих основные физические законы… – Разве бесконечно малыми величинами нельзя пренебречь? – вмешалась в их высокоученый спор Элина, главным образом для того, чтобы напомнить о своем существовании. – То‑то и оно, что нет! – с жаром обернулся к ней Артен. – Суммируя бесконечное число бесконечно малых, получаем конечные величины. Но правила такого суммирования весьма сложны. Зурбестанцам не удалось найти универсальные правила преобразования, позволяющие проделать такую операцию над любой формулой и получить результат в общем виде. Среди зурбестанских ученых возник нешуточный спор – одни утверждали, что виною тому лишь недостаток сообразительности, другие же полагали, что для ряда формул такая задача неразрешима в принципе… – Это, опять‑таки, теория, – перебил его Эйрих. – Нам сейчас нужны не формулы, а чертежи машин, которые помогли бы одолеть магов… хотя даже и чертежи бесполезны, пока мы не можем отсюда выбраться. |
