-  Да, спасибо, - сказал рыцарь. Он снова был бледен и нервно перекатывал сапфир пальцами левой руки.

    -  Отведайте, - гостеприимно предложил генерал. Тонким, изящным кинжальчиком вскрыв мозг, он зачерпнул полную ложку и выдавил сверху четверть лимона. - Солить не надо, кровь достаточно солона. Хотя некоторые любят присолить. Отведайте во славу Эртайса, именем его! Я предлагаю вам вкусить от чистого сердца, потому что это - жертва великому богу победы, а победа вам сейчас пригодилась бы.

    Воин с некоторым колебанием протянул руку и принял ложку.

    -  Ты станешь есть? - с непритворной содроганием спросил рыцарь.

    -  Ничего не могу поделать, - воин пожал плечами. - Ведь это жертва Эртайсу, да еще и предложенная мне от чистого сердца.

    Он бережно положил содержимое ложки в рот и медленно проглотил.

    -  Как ни странно - вкусно, - сказал он. - Хотя немного соли все-таки не повредило бы.

    -  Вы блестяще держитесь, капитан, - довольно сказал генерал. - Мне, право, жаль, что вы так скоро покинете нас навсегда, приобщившись к сонмам облачных воинов.

    -  Мне тоже нужна победа, - мрачно сказал Осмог, отобрал ложку и полез в череп.

    -  Имей уважение к Капитулу, - капризно сказал генерал, - оставь хоть что-то другим. Вы попробуете, Делим?

    -  Благодарю вас, - отрешенно сказал рыцарь. - Мне лучше воздержаться. Я хотел бы подумать… кстати, командор Коборник говорил, что перед боем следует помолиться. Почему же вы не велели этого сделать покойному Мовериску? - он посмотрел на блюдо и поспешно отвел взгляд.

    -  Помилуйте, Делим, да разве можно повелеть молиться?! - с деланным ужасом вскричал генерал. - Каждый из бойцов обращается к богам в сердце своем… если считает нужным. Впрочем, если вы хотите молиться вслух - молитесь, вам никто не помешает! Вы выходите на алтарь следующим?

    -  Нет, следующим выйду я, - воин решительно встал. - Я увидел все, что хотел увидеть, теперь пора исполнять условия, которые я на себя взял в круге вызова.

    -  Вы настоящий мужчина, капитан, - с нескрываемой похвалой сказал генерал. - Я с удовольствием съем ваши яйца. Это будет достойная доля в достойной жертве. И завершит первую тройку мейсар Делим, чье благородное и чувствительное сердце станет украшением нашего стола.

    Тягучий, густой и сладковатый запах поплыл в воздухе. Рыцарь пригляделся. Это жертвенное мясо очищалось и совершенствовалось на священном огне.

    -  Не увлекайтесь там! - прикрикнул Скредимош на рыцарей, озабоченно сновавших между каменным столом и жертвенником. - Впереди сто с лишним человек!

    -  А где командор Коборник? - спросил воин, неторопливо поднимаясь и разминая плечи. - Разве он не должен вернуться?

    -  Должен, - скорбно сказал генерал. - Он странный человек.