За какие-то полчаса мы обогнули линию белых бурунов вдоль берега и вошли в один из проходов между рифами, обозначенный красными бакенами из металлических бочек. Кажется, на берегу до нас никому и дела не было: какие-то ленивые мужчины удили рыбу с пирса, из-под одного из навесов раздавалось бренчание на банджо и валил густой дым, донося сивушные запахи, меж столбов было развешано белье, которое сушилось на солнце.

Смуглая полная женщина в коротком, до колен, платье, вышла на пляж и стала снимать одежду, складывая ее в большую корзину, которую затем поставила себе на голову и скрылась из виду, покачивая широкими бедрами.

- Держись, говоришь? - усмехнулся Коллинз, поглядывая на Доусона.

- Да-а-а-а... Мне говорили - тут чуть ли не пиратская вольница, а оно вона как! - Джек явно был обескуражен.

Шлюпка ткнулась носом в песок, моряки выпрыгнули прямо в воду, я - следом. Общими усилиями мы вытащили лодку и остановились в нерешительности. Парни смотрели на меня, как бы ожидая инициативы - и с каких это пор я стал главным?

- Давайте сначала разберемся со шлюпкой и найдем ночлег, ладно? Вон там, под навесом, кто-то есть. Пойдем, побеседуем...

Доусон остался сторожить пожитки - всё-таки у нас было кое-что ценное. Мы с Коллинзом двинули к навесу, из-под которого несло алкоголем и шел дым. Внезапно из дыма выскочил толстый человек в одних парусиновых штанах, но зато - с объемистой кружкой в руке, и закричал:

- Абмрозия! Нектар! Божественый ихор!- и, отхлебнув из кружки, блаженно закатил глаза. А потом, увидев нас, шагнул вперед: - Полдоллара за кварту, джентльмены - и вы в раю!

Его пузо тряслось, его щеки тряслись, и его кружка тряслась тоже.

- Предложение дельное, что уж тут! - вступил в разговор Коллинз. - Но мы прибыли, чтобы продать или сменять вон ту приличную шлюпочку и кое-какие вещички, ну знаешь...

- А-а-а-а, - понимающе улыбнулся самогонщик и лицо его стало нарочито дружелюбным. - Тогда погодите, сейчас докапает - и пойдем договариваться. Меня, кстати, Бойл зовут.

- Джим, - представился Коллинз.- А что, вы покупаете парусные шлюпки?

- Мы покупаем всё! - расхохотался Бойл. - У нас тут полно золота и очень мало подходящих вещичек... Только такие скорлупки как ваша могут пройти мимо кораблей блокады.

Оказывается, картели платили нескольким эсминцам, чтобы они не подпускали к острову крупные суда - и при этом не приближались к побережью сами. Остров ведь не даром называли золотым - Пьянков-Питкевич таки добился своего, заполнив склады этим драгоценным металлом! Таким запасам позавидовала бы страна средней величины - такая как Арелат, Иллирия или Руссильон. И поживиться его богатствами было чертовски большим соблазном.

У последнего бедняка тут была золотая посуда. Правда, на посуде этой никакого разнообразия кулинарных изысков не предвиделось - моллюски, рыба, фрукты, кокосовые орехи и кое-что с огородов ценилось куда больше чем презренный металл. А вот рисковые контрабандисты готовы были рисковать жизнью, только бы увезти с собой пару-тройку "брусков" - так они называли золотые слитки. Именно эти пройдохи и провозили мимо боевых кораблей кое-что из предметов первой необходимости, медикаментов, инструментов и оборудования на остров. Наверное, капитаны имели долю - именно так работал бизнес на Сипанге.

Мои морячки налегли на "божественную амброзию" прямо тут, в тени шлюпки, расплатившись махоркой из карманов.

- Мы норму знаем, командир - заявил Коллинз. - Небось добро убережем. Ты иди вопросы решай, а вот как суденышко нам присмотришь - тогда уже и зови, чтобы не надули тебя.