Кауперс шагнул вперед и загородил меня своим телом:

- Вась, Вась, остынь... Это свой, из погранцов, с Нового Света бежал, мы с ним на Янге вместе бедовали, он на кухне у нас работал, такие кулеши с борщами делал - закачаешься?

- Борщи... Кулеши... От него старым режимом за версту разит! Кой черт ты его ко мне притащил?

- Шлюпку торгует парусную, новой конструкции, и рацию. И холодное оружие коллекционное.

- А чего хочет? - они говорили так, будто меня не существует.

- Хочет транспорт до Сипанги. Их трое - еще какие-то два морячка вроде как. Сейчас шлюпку сторожат.

- И что - отчаянные ребята? А к делу свободы как настроены? - он глянул на меня. - В Сипангу по какой надобности?

- Меня наняли чтобы найти кое-кого из наших, - туманно сказал я, а потом решил сдобрить конкретикой: - Гусев, слыхал про такого? У него в Империи сын родился, и супруга зело скучает. Хочет ему весточку передать, мол ждет своего Алешеньку, и амнистию ему пробьет, и заживут они на Севере долго и счастливо.

- Это Гусеву-то - амнистию? - Шельга хрипло расхохотался. - Ладно! Сын родился - это дело. Знаю я, где Гусева найти. И кораблик для тебя есть - но с нагрузкой.

- С какой-такой нагрузкой?

- А какую нагрузку можно получить на Золотом острове? Золото, известное дело. Задание верное - выходишь со своими морячками в океан по координатам, на Омаровую банку. Выбрасываешь ящики за борт - и свободен. Судно заметное, тебя точно досматривать станут - а ты уж и чист будешь, и не один картельный наймит ничего не найдет...

Доктор Кауперс удивленно глянул на товарища Шельгу. Тот вызывающе дернул подбородком:

- Ты сам привел этого человека. Его слову можно верить? Твоему слову можно верить, товарищ? - он испытующе уставился на меня.

Я выдержал этот взгляд битого жизнью волка. Один из немногих лоялистов - он не растерял своих идеалов. Это ему приписывают знаменитую фразу: "Хорошо то, что ведет к установлению власти Ассамблей по всему миру!" Он не был идейным анархистом, скорее - республиканцем, революционным демократом - но стал их вожаком, увидев в этих людях единственную силу, готовую к борьбе до победы. У него были ресурсы, авторитет и воля, у них - пламя в глазах и решимость, и тысячи сочувствующих по всему миру. Их видение слегка не совпадало, но победа - хотя бы локальная, в отдельно взятой стране - стоила компромисса. Почему именно Сипанга? Я собирался найти ответ, посмотрев на этот странный остров собственными глазами. И ради этого мне пришлось кивнуть Шельге и произнести:

- Я сделаю то, что тебе нужно. Выйти на точку, выбросить груз в море - это приемлемо. Скажи своим людям, чтобы готовили кораблик как положено - будь уверен, со мной прибыли ребята ушлые, они его обнюхают снизу доверху...

- Пусть нюхают! - ощерился Шельга.

Он протянул мне руку для рукопожатия, чтобы скрепить сделку. Я, поколебавшись немного, протянул свою ладонь ему навстречу. Где-то здесь был подвох, что-то тут было нечисто...

***

- Отличный кораблик, командир! - чумазая физиономия Джимми Коллинза высунулась из люка, ведущего в трюм. - Мечта!

Доусон хмуро замазывал серой краской тевтонские кресты на рубке. Он не был настроен так оптимистично - как и я, впрочем. Такие миноноски, или торпедные боты, как их называли лаймы, в Протекторатсмарине стали поступать в самом конце Великой войны. Кораблики могли выпустить до четырех самодвижущихся мин Уайтхеда единовременно, развивали ход около 35 узлов и были легко бронированы. Предусматривалось и вооружение парой автоматических пушек, но анархисты, конечно, их сняли, как и аппараты для пуска мин. Конечно, такой зверь будет очень заметным и наверняка привлечет внимание блокирующей эскадры!

- Я тебе и справку выбил - чин по чину, мол приобретено у общины Золотого острова путем бартерной сделки, - суетился Кауперс.