И если вдоль побережья корабли адмирала Летики еще могли обеспечить безопасность конвоев, то в открытом море одиночные суда под ультрамариновым флагом с солнцем подвергались атакам таким же яростным, как сухопутные караваны и войсковые соединения в вельде.

"Малышка" была одним из рейдеров, и до сих пор ходила с экипажем из десяти просоленных морем стариков-разбойников, лично набранных Фахнертом, и дюжины стрелков - седых и бородатых, из пожилых гемайнов, которые уже не в силах были совершать многосуточные кавалерийские рейды, но еще крепко держали в руках винтовку. Они кошмарили рыболовецкие суда и почтовые пакетботы, уворачиваясь от встреч с крупными кораблями.

На баке этой небольшой двухмачтовой парусно-моторной шхуны был установлен "пом-пом" - скорострельная 37-мм пушка, похожая на "максим"-переросток, борта - легко бронированы, машинное отделение - блиндировано всерьез. Таким образом, компактный кораблик представлял нешуточную опасность для гражданских судов, не ожидающих беды.

- Поднять якорь! - громовым голосом пророкотал Фахнерт, и якорная цепь загремела. - Поднять паруса!

Старички, двигаясь ловко, экономно, совсем не по-стариковски, взялись за снасти, с шелестом белые полотнища раскрылись, наполняясь ветром. Нос шхуны взрезал океанские волны, корабль устремился вперед. Я вцепился руками в фальшборт и дышал полной грудью.

Тесфайе подозрительно поглядывал на меня. Он знал о моих особенных отношениях с корабельной качкой, но морская болезнь пока о себе знать не давала.

- Нам снова придется кого-то убивать, масса? - спросил абиссинец.

Я только стукнул кулаком по планширу, и ничего не ответил.

***

- Поручик, ты понимаешь, почему мы здесь, с тобой, на этой посудине? - спросил меня Арис .- Почему у тебя такие невероятные полномочия?

Вопросы были явно риторическими. Но говорить что-то было нужно:

- Из-за ситуации на Востоке? У конторы нет ресурсов?

- Чтобы направить сюда боевую группу? - если бы Арис умел фыркать, я бы сказал что он фыркнул. - У Империи не нашлось десятка спецов, чтобы устроить саботаж в тылу федералистов? Ты сам-то себя слышишь?

- Да-да, - я вяло отмахнулся. - Вы можете и дальше строить из себя умника, и издеваться надо мной. А можете, наконец, посвятить меня в детали.

- Кто-то сдал Феликса. Он в тюрьме, в Зурбагане.

- Что-о? - заговоренный ротмистр Карский, неуловимый Феликс попался?

- Феликса слили лаймам, а они дали наводку людям Грэя.

Я просто стоял и хлопал глазами. Это в голове не умещалось.

- То есть вы, я, Кузьма... - в мозгу всё постепенно складывалось.

- Мы - точно вне подозрений. Это кто-то из "Заведения", кто-то свой, доверенный. Не знаю, что ты собираешься предпринять, но пошуметь нужно сильно - чтобы вся муть всплыла со дна... Кто-то зашевелится, начнет рыть носом землю - этот кто-то ведь думает, что знает всех наших людей в Натале и на побережье.

- И тут ваши возьмут его за жабры, - понятливо кивнул я.