дечен и черств,  что для тебя существуют только твои махина-

ции,  и ничего больше!  И ты рад, рад, что Джеймса нет, и ты

можешь воспользоваться этим!..

   - А ну, прекрати свою болтовню, ты, гусыня! Слышишь?

   Фред Стапльтон решил,  что с него уже хватит такого сорта

разговоров. Ко всем чертям вежливость и всяческое деликатни-

чанье! Девчонку надо проучить, чтобы она не путалась в дела,

в  которых  ничего  не понимает.  Его голос зазвучал резко и

хлестко,  как свистящие удары кнута, и Мэджи с каждой фразой

невольно отступала назад,  потому что эти удары были нестер-

пимо болезненными и падали на нее безостановочно,  жестоко и

грубо.

   - Ты смеешь о чем-то разговаривать?  По какому праву?  Ты

приехала сюда, чтобы заполучить меня, а когда из этого ниче-

го не вышло, потому что ты мне надоела - слышишь, надоела! -

ты решила изловить таким же способом хоть беднягу Коротышку.

Крупная рыба ускользнула,  так хоть  бы  мелочишку  поймать,

так?

   - Фред...  - с ужасом подняла руки Мэджи,  но он даже  не

слышал ее, увлеченный своей игрой.

   - Ловко придумано,- продолжал он стегать ее.-  Бедняга  и

не заметил,  как втюрился.  Даже любовные письма писал,  ах,

ах! А кто его погубил? Ты, и только ты!

   - Фред, как ты можешь...

   - Если бы Коротышка не затеял доказывать тебе,  какой  он

умный,  не пытался бы усиливать действия плесени - а сделала

все это ты! - то он был бы и сейчас живой и здоровый. Ты по-

губила его,  ты,  потому что играла им как мальчишкой, чтобы

поймать его в твои сети!

   - О Фред, замолчи... Бога ради, что ты говоришь?

   - А когда он погиб, ты, конечно, страшно плакала. Как же,

и  тут сорвалось!  Но ты все же быстро сообразила - и здесь,

признаюсь,  я сам помог тебе,  не подозревая об этом!-что от

Коротышки осталось наследство.  Ото,  все это очень понятно!

Ужасный Фред Стапльтон поступает плохо,  так делать  нельзя,

ясно.  И  предприимчивая Мэджи Бейкер пробует воздействовать

на его чувства, чтобы потом наложить очаровательную лапку на

метеорит Джеймса-Коротышки и заграбастать деньги, продав его

втихомолку, не так ли? Дудки, не выйдет!

   Мэджи не  выдержала.  Она  беспомощно опустилась на землю

около костра и закрыла лицо руками.  Не слышать,  не слышать

этих страшных обвинений, пусть Фред говорит что хочет, пусть

выдумывает отчаянные мерзости, только бы не слышать их...

   А он  продолжал добивать ее,  упиваясь своим великолепным

красноречием:

   - Ловко  задумано,  девочка!  Но я не так глуп,  чтобы не

раскусить твои хитрости. И уж не такой дурак, как доверчивый

Коротышка.  Со мной у тебя руки коротки. И не пробуй болтать

кому-нибудь о метеорите и фиолетовой плесени!  Я для того  и

еду с тобой,  чтобы помешать твоим хитроумным планам. Только

попробуй заговорить с кем-нибудь об этом деле. Я с тобой це-

ремониться не буду. Понятно?

   Он посмотрел на девушку, которая была уже не в силах воз-

ражать ему.  Она низко опустила голову на руки и горько, от-

чаянно плакала,  захлебываясь слезами, как ребенок, которого

жестоко избили без всякой вины.

   Фред Стапльтон удовлетворенно кивнул  головой.  "Конечно,

доза  лекарства,  вероятно,  была слишком сильной,- мысленно

сказал он себе,- но лучше больше,  чем  меньше".