был тогда вдесятеро слабее, то, может быть, был бы даже ири-

ятным,  кто его знает,  как слабое  благоухание  неизвестных

тропических цветов.  Но и тогда, в палатке, этот запах одур-

манивал,  а здесь, многократно усиленный, он проникал в лег-

кие, как отравляющий газ, и оставался там, да, да, оставался

как расчетливый убийца...

   Клайд закашлялся,  и ему казалось,  что он никак не может

остановиться.

   - Но...  что  же делать?  - почти беспомощно спросил он у

Фреда, когда кашель унялся.

   Фред пожал плечами.

   - Вот именно, что делать? Пойми, если ты попробуешь приб-

лизиться  туда,- он показал на черный метеорит,- то сразу же

задохнешься...  и упадешь рядом с ним... я уже пытался...- И

он в свою очередь закашлялся, как и Клайд.

   - Полотенца...  вы забыли о полотенцах,- прозвучал  около

них странно измененный голос Мэджи Бейкер.

   Оба обернулись.

   Мэджи стояла около них.  Одной рукой она прижимала к лицу

мокрое полотенце - и от этого у нее так изменился голос,-  а

другой протягивала Клайду и Фреду два таких же мокрых мохна-

тых полотенца,  из которых крупными каплями  стекала  вода.-

Если  ими  обвязать  голову,- добавила она,- то они задержат

запах...

   - И  ты  сразу догадалась намочить их?  - недоверчиво пе-

респросил Фред Стапльтон.

   - Как видишь, я не кашляю,-  ответила Мэджи.

   Клайд, не теряя времени,  уже схватил одно из  полотенец.

Он  обернул  им лицо,  закрывая нос и рот,  и завязал сзади.

Открытыми у него оставались только глаза.  Мэджи была права:

мокрое полотенце задерживало удушливый запах. Наверно, потом

запах снова будет проходить сквозь него,  но пока что...  Не

ожидая,  пока  Фред  завяжет  вокруг  головы свое полотенце,

Клайд кинулся вперед, к кедру, к Джеймсу.

   "Не может быть,  не может быть!  Он,  наверно, только без

сознания,  его нужно как-то вытянуть оттуда". Эти мысли бес-

порядочно прыгали в голове Клайда. Он слышал, как бежит сле-

дом за ним Фред, бежит и грузно спотыкается о валуны и тяже-

ло  дышит.  Но это доходило до его сознания лишь вторым пла-

ном, главное было - Джеймс, Джеймс!

   Ну, Коротышечка,  ну, милый, повернись же!.. Ведь с тобой

ничего не случилось,  просто этот проклятьга удушливый запах

довел тебя до обморока, вот и все, Коротышечка!..

   Он с трудом повернул тяжелое тело Джеймса с груди на спи-

ну. Теперь бледное, синеватое лицо Коротышки смотрело вверх,

на раскидистые ветви кедра, на зеленую хвою. Его очки свали-

лись:  может  быть,  когда Клайд переворачивал его,  а может

быть, и раньше. Они лежали на гальке и сиротливо поблескива-

ли.  А  глаза  Джеймса  Марчи,  его большие голубые глаза на

круглом лице с курчавой бородкой,  безжизненно  глядели  ку-

да-то вдаль,  мимо деревьев,  мимо валунов, мимо всего того,

что перед тем привлекало его внимание.

   - Мимо всего, - машинально пробормотал Клайд.

   - Что? - спросил с недоумением Фред, склонившийся над те-

лом.- Надо его унести отсюда.

   - Да,- кивнул головой Клайд, берясь за плечи Джеймса.

   Фред взялся за ноги,  и они вместе подняли тело.