|
У нихъ вензеля на погонахъ. Надо было видеть, какая ярость охватывала нашихъ красныхъ пограничниковъ, когда они увидятъ этихъ солдатъ… Злобный фоксъ на кошку такъ свирепеетъ, какъ свирепели они. Кулаками машутъ, ревутъ по звериному, кроютъ такими словами, что удивляешься, какъ воздухъ выноситъ такую ругань. Орутъ: — «погодите, дайте намъ только до васъ дорваться, въ клочья васъ порвемъ … Мы вамъ эти вензеля каленымъ железомъ на причинномъ месте выжжемъ» … За что? … Откуда такая ненависть? … Молодые ведь все парни, изъ деревни. Когда убили Государя имъ было шесть, семь летъ … Что могли они знать о немъ? … Да все оттуда же — изъ этого сумасшедшаго дома, где непрерывно, слышите, непрерывно, въ школе, въ клубе, въ избе читальне, въ казарме, на уроке полит-грамоты, въ постели съ советской девкой это внушаютъ. Старыя книги отобраны, сожжены или хранятся за семью замками для посвященныхъ … Какъ? … Съ чемъ? … вы придете въ красноармейскую казарму … Нетъ … Невозможное дело …
Были попытки и все плачевно кончались. Они шли медленно по тенистой аллее. Влево были темныя воды Фонтанки. Нордековъ забывалъ свой костюмъ, старался не глядеть на незнакомца, не слушать и не верить его безнадежнымъ словамъ. Картины прошлаго вставали передъ нимъ. Ужели все это навсегда ушло? … Ужели это никогда не вернется? … Низкiе двухъэтажные дома училища правоведенiя и Педагогическаго музея тянулись на противоположной стороне … Тамъ, вдоль набережной, стояли ломовыя койки, запряженныя крупными битюгами. Слышалось звонкое щелканье бросаемыхъ швырковыхъ дровъ. Такъ было при Петре, при Екатерине, при Александре I, такъ было въ дни его детства, такъ есть и теперь … Почему же такъ страшенъ разсказъ незнакомца … — Прежде, — тихо, понизивъ голосъ почти до шопота, продолжалъ незнакомецъ, — опорой Русскаго быта была Русская женщина. Она строила семью. Няня … Доверенная горничная-наперсница — помните Лиза у Софьи Фамусовой … Ну тамъ еще и усадьба полагалась, и въ этой усадьбе этакая, знаете, Тургеневская девушка, кисейное созданiе, прелестное душою и теломъ … Лиза Калитина тамъ какая нибудь … Барышня … Институтка … Наивное существо, думающее, что французскiя булки растутъ на деревьяхъ, а детей находятъ подъ капустнымъ листомъ … Где же все это? … Все миновало, какъ сладкiй сонъ. Старыхъ нянь угробили. А какiя и сами померли или съ вами въ эмиграцiю уехали — «господъ» не покинули. А какiя остались тоже «свои права взяли» не хуже другихъ. Горничныхъ нетъ — есть «уборщицы» … О Тургеневской девушке говорить не приходится, ибо помещичьи усадьбы сожжены еще при первой Думе Герценштейнами и ему подобными иллюминаторами Россiйскаго горизонта. Ведь еще отъ этой самой первой Думы, вотъ откуда уже большевицкимъ дерьмомъ потянуло … Нетъ и институтовъ, да нетъ и барышень … Современная советская девушка прежде всего не девушка … Все испытать, все знать ей надо со школьной скамьи. Чтобы жить … просто, грубо жить, есть, пить, ну и одеться какъ нибудь — она должна работать, какъ волъ съ утра и до ночи. Секретарши, пишмашки, стенотипистки, продавщицы, мильтонши, кондукторши, ген-штабистки, куда только не пролезла она. Чтобы въ нашемъ сумасшедшемъ доме женщине чего нибудь добиться, чтобы кобели въ штанахъ не сделали ее рабыней, ей надо и крепкiе кулаки иметь и здоровую глотку. Надо на зубокъ знать «Ленинизмъ» и имъ бить насильниковъ Чубаровцевъ … Природа знаетъ, что надо делать. Лучшiе физ-культурницы — женщины. Безсознательно, можетъ быть, иная и мечтаетъ о семье, сознаетъ ненормальность и скотство своей жизни, да кому она про это скажетъ? … А ведь во времена борьбы съ проклятымъ «царизмомъ» это женщина шла во главе «освободительнаго» движенiя. |
