– Не так быстро, сеньора. – Алек попытался вырвать платье из рук Кэтрин. – Теперь, когда ты довела меня до такого состояния…

– …ты не сможешь забыть, на ком женишься. – Счастливо сверкая глазами, Кэтрин закружилась в танце.

Черт бы побрал эту женщину, которая использует против него его же собственные слова. Алек не знал, смеяться ли ему или вскинуть Кэтрин на плечо и отнести обратно на скамейку.

– Как будто я могу забыть об этом, когда ты голая, – пробормотал он.

– Хорошо. Не забывай об этом до тех пор, пока мы не поженимся. – Мелодичный смех Кэтрин еще больше раздразнил Алека.

– Не хочу ждать, пока мы поженимся. Я хочу заняться любовью с тобой сейчас.

Алек стал надвигаться на Кэтрин.

– Ты не можешь… – запротестовала Кэтрин. – Мы должны одеться… Пока нас не обнаружили.

– Один поцелуй – это все, чего я хочу. Чтобы продержаться до нашей свадебной ночи.

– Ты думаешь, что сможешь остановиться после поцелуя? – Кэтрин недоверчиво посмотрела на Алека.

Конечно, он не сможет. Как и она. В том то и хитрость.

– Почему бы нам не попробовать?

– О нет, нет! – Кэтрин спряталась за небольшой стенкой, отделяющей апельсиновые деревья от мест для сидения. – Я не хочу, чтобы меня нашли голой в твоих объятиях, как бы тебе ни казалась привлекательной эта идея в данный момент.

Алек застонал:

– Черт бы побрал твою приверженность правилам приличий! Я думаю, мне следует это выкорчевать из тебя.

– Не сейчас, – проговорила Кэтрин с лукавой улыбкой и принялась надевать на себя платье. – Но можешь попытаться, когда мы поженимся.

Алек открыл было рот, чтобы сказать, что он будет держать ее в постели в течение недели, когда они поженятся, но тут из сада послышался шум и голоса.

– Вы уверены, что видели ее именно здесь? – угадал он голос миссис Меривейл.

Алек не расслышал ответа, но в этом и не было особой нужды. Хотя голоса звучали в отдалении, было ясно, что незваные гости очень скоро окажутся в оранжерее. Если судить по паническому выражению лица Кэтрин, ей отнюдь не улыбалось, чтобы ее застали в таком положении.

Они быстро оделись. Алек зашнуровал на Кэтрин корсет и поправил платье. Кэтрин помогла ему с галстуком.

Они сумели кое как придать себе презентабельный вид. Когда голоса приблизились к оранжерее, Алек уже помогал Кэтрин привести в порядок волосы.

Она воткнула последнюю шпильку, когда дверь оранжереи распахнулась и на пороге показались хозяйка вечера и миссис Меривейл.

Когда леди Пьюрфой подняла вверх перед собой канделябр со свечами, Алек заметил у скамьи «Руководство для повесы» и быстро задвинул его ногой в тень. Спустя несколько секунд и он, и Кэтрин оказались в секторе света.

Миссис Меривейл выглядела разочарованной, увидев их одетыми и к тому же на почтительном расстоянии друг от друга, но тем не менее попыталась придать голосу возмущенные интонации.

– Милорд! Как вы осмелились…

– Добрый вечер, сударыни, – прервал ее Алек. – Вы как раз вовремя. Мисс Меривейл наконец то согласилась стать моей невестой.

Обе дамы растерянно заморгали.

– О, мой ангел, я так рада за тебя! – Широко улыбаясь, миссис Меривейл бросилась к дочери. – Как чудесно, что все наконец решилось!

Растерянность леди Пьюрфой сменилась восторгом по поводу собственной проницательности.

– Разве я тебе не говорила, Тотти? – воскликнула баронесса, обращаясь к миссис Меривейл. – Значит, о браке будет объявлено на моем вечере! Какая удача!

Как будто она имеет какое то отношение к этому, подумал Алек.

– Простите меня, леди Пьюрфой, за то, что я вторгся в ваш дом в весьма непрезентабельном виде, но я не мог более ждать и хотел как можно скорее попросить руки у мисс Меривейл.