– Но вы же заминировали трюм.

– Еще один неприятный момент. Он не сможет долго продержаться у власти, если позволит людям таким вот способом ставить под вопрос его могущество. Черт, да этим он просто предлагает своим головорезам сначала минировать награбленное, а потом вести с ним переговоры на предмет раздела. Я бы подобной наглости не допустил, не допустит и он.

– Но он допустил.

– Это меня и тревожит.

– А что его побудило?

– Ума не приложу. Однако ясно одно: ко мне это не имеет никакого отношения.

– Почему нет?

– Потому что мои планы формировались до того, как я встретился с Маркизом, и я ни на йоту от них не отошел.

– Если его мотивы никак не связаны с вами, тогда с…

– Разумеется, с тобой, – последовал ответ. – Ты не подчинился его приказу. Пусть ты и не убил его шпиона, но не ударил пальцем о палец, чтобы спасти его. Вот я и задаюсь вопросом: а почему ты до сих пор жив? Он ничего не боится и может в любой момент раздавить тебя. Он не альтруист, потому что альтруизм и Маркиз несовместимы. Он не забыл твоего прегрешения, просто предпочел его игнорировать. Почему? И почему четырехмесячный клон внезапно стал его заместителем?

Найтхаук обдумал услышанное.

– Я не знаю, – наконец признался он.

– Вот и я не знаю, – вздохнул Рождественский Пастырь. – Но должна быть какая‑то причина. – Он пристально всмотрелся в Найтхаука. – Зачем ты здесь?

– Я вам говорил.

– Хорошо, тебя послали. Кто?

– Марк Диннисен, адвокат Вдоводела с Делуроса VIII.

– Он послал тебя на Тундру?

– Нет. Он послал меня в Пограничье. А сюда я прибыл по приказу Эрнандеса, начальника службы безопасности Солио II.

– Что вас связывает?

– Меня создали благодаря его стараниям.

– Интересно.

– Правда?

– Правда. Но мы чего‑то не знаем. А если знаем, то не можем сложить одно с другим.

– Дурное предчувствие у вас, – напомнил Найтхаук. – Я не понимаю, чего вы так заволновались.

– Что‑то здесь происходит, причем ниточки тянутся на Солио II, а может, и на Делурос VIII. Я думаю, нам очень даже неплохо рвануть отсюда, пока есть такая возможность. Слишком многое мне тут не нравится.

Найтхаук обернулся, и его взгляд остановился на Мэллое, сидящем у стойки бара, ему вспомнились предупреждения чешуйчатокожего.

– Надо ли продолжать этот разговор в казино? Маркиз может нас подслушать.

– И что? – усмехнулся Рождественский Пастырь. – Если ты согласишься лететь со мной, он не успеет нас перехватить. Если останешься, он увидит, что мои аргументы оказались недостаточно убедительными, чтобы ты его покинул.

– Допустим, я останусь, а вы улетите? – спросил Найтхаук. – Маркиз постарается помешать вам?

– Скорее всего. Так что обойдемся без этого.

– Что‑то я вас не понимаю.

– Мэллой, между прочим, не дурак, – продолжил свою мысль Рождественский Пастырь. – Догадывается, что только ты можешь сохранить ему жизнь. Поэтому я тоже намереваюсь пойти под твою защиту.

– Никогда не слышал подобной глупости. Да зачем вам это нужно?

– Выгода тут взаимная. Ты – единственный человек, способный не подпустить Маркиза ко мне и моей добыче.