– Точно сказать не могу, – ответил он. – Наверное, потому, что это не было нужно. Люди не убивают, если только нет абсолютной необходимости.

– Вы возносили других джирриш к старейшим.

– Не мы начали эту войну, – вступил в разговор Бронски. – Джирриш напали первыми.

– Не так, – настаивал призрак. – Старейшие говорят, что человеки‑завоеватели напали первыми.

– Значит, старейшие ошибаются, – сказал Бронски. – Мы не нападали первыми. Я это знаю.

Призрак сказал что‑то резкое и исчез. Кавано ждал, но старейший так и не вернулся.

– Отличная работа, – сказал он генералу.

– Вернется, – ответил тот, оглядываясь по сторонам. – Мы только что поколебали его уверенность в правоте собственного правительства, и он ушел подумать. Но он вернется.

Кавано с подозрением посмотрел на него:

– Вы необычайно уверены в себе. Что вы такого знаете, чего не знаем мы?

– Я ничего толком не знаю, – сказал Бронски. Он отер рукавом взмокший лоб, хотя в камере было холодно. – Я просто опираюсь на сведения, полученные от Фейлана. Он был совершенно уверен в том, что заставил Тирр‑джилаша задуматься насчет правдивости версии о нападении «Ютландии». А задумавшись, Тирр‑джилаш мог бы заразить своими сомнениями других джирриш. – Он показал рукой на потолок. – Похоже, старейший его знает. Я и решил, что неплохо будет подтолкнуть его.

– Возможно, – проговорил Кавано. – Правда, у него нет никаких оснований доверять человекам‑завоевателям.

От двери послышался щелчок.

– Готово. – Колхин вынул свой кусок пластика из механизма. Встал на ноги, сунул пальцы в щель между дверью и косяком, чуть приоткрыл ее… И кубарем покатился по полу прямо к Кавано, сбитый страшным ударом двери. Кавано машинально раскинул руки, чтобы поймать телохранителя.

В камеру влетел бхуртала.

Бронски вскочил с койки и принял боевую стойку прежде, чем Колхин успел остановиться. Через две секунды и он оказался на ногах и тоже приготовился к схватке.

Но бхуртала не стал нападать. Громадный инопланетянин остановился в метре от двери и несколько долгих секунд стоял, переводя злобный взгляд с одного пленника на другого.

– Мне приказали вас не трогать, – прорычал он, отступая к дверям. – Пока не трогать.

Он потянул дверь за собой. Она закрылась с громким щелчком.

– С тобой все в порядке? – спросил Кавано, когда Колхин медленно выпрямился.

– Чувствую себя полным идиотом, – ответил тот с горечью. – Могу поклясться, что снаружи не было стражи.

– Бхуртала прекрасно умеют подкрадываться, когда хотят, – успокоил его Бронски. – Так что не за что вам себя корить.

– Да, – согласился Колхин. – Не буду.

Кавано одобрительно похлопал его по плечу.

– Старейший? – окликнул он. – Вы здесь?

Ответа не было.

– Думаю, все еще переваривает. – Бронски снова улегся на койку. – Пока можно немного поспать. По крайней мере, мы теперь в любой момент можем открыть дверь. Это уже кое‑что.

– А какой смысл, если снаружи поджидает бхуртала? – сказал Кавано.

Бронски мрачно улыбнулся:

– Мы что‑нибудь придумаем.

* * *

Шумно выдохнув, Мелинда Кавано выпрямилась и смахнула с лица выбившуюся из прически прядку.

– Все, – сказала она.

– И больше ничего? – спросил Тирр‑джилаш, глядя на тонкую, словно кожа, шину, наложенную на левую ногу Фейлана Кавано.