– Неправда! – ответила Циля с достоинством. – Я тоже работала в культуре. Я с ним работала! – сказала она, поворачиваясь к Августине. – Я была его бухгалтер, в этом хоре… – А ты никогда не была в хоре бухгалтер! – сказала она, поворачиваясь к Саре. – Она в заводоуправлении работала, а я в культуре работала! – сказала она, поворачиваясь к Августине. – У меня четвёртый муж был руководитель хора! Он везде ездил, а я, как культурная женщина, дома сидела. Мне же не надо было ездить, я же была бухгалтер… Вам интересно?..

– Ой… да, мне, чем дальше, тем интереснее… – ответила Августина с занимающимся восторгом.

– Я скажу, это было тогда золотое время, – сказала Циля мечтательно. – Даже несмотря, что я тогда была Циля Колбаса…

Гарик к этому времени уже вернулся, так что оценить произведённый эффект оказался в состоянии.

– Самое интересное, что это правда! – торжествующе сказал он.

Августина попыталась сохранить самообладание и вежливо осведомилась: – Вы имеете в виду, что…

– Я имею в виду, что он был ЗАСРАКУ!..

Перед глазами Августины, можно сказать, сверкнула молния.

– … заслуженный работник культуры Украины, Григорий Иванович Колбаса! – гордо сказала Циля. – Так я была Циля Колбаса, что я могла сделать?.. За это он был музыкант, руководитель хора. А я была его жена и бухгалтер, и он ездил по районам и давал концерты, а я сидела дома, оно мне надо было!..

Августина почувствовала потребность расхохотаться до истерики. Но, поскольку это было неправильно, она по светски спросила:

– И как это – быть женой творческого человека?

– Это было хорошо, да… – ответила Циля, по доброму улыбаясь. – У нас даже была домработница Фрося… Только потом до меня пришла наша соседка, Галечка. Она была очень хорошая. Мы с ней очень дружили. Так она до меня пришла и сказала: «Цилечка, у меня такое несчастье, я даже не знаю, как Вам сказать!». Я говорю: «Ой, Божечки мои, что случилось?! Что я могу Вам помочь?». А она говорит: «Отдайте мне Григория Ивановича. Он меня любит, и я его тоже люблю, так получилось, что я могу сделать!». Мне, конечно, было жалко, но я ей сказала… Я ей сказала: «Галечка! Вы же знаете, как я Вас уважаю. Вы золотая женщина. Конечно, берите! Если он Вас любит, так он же всё равно до Вас пойдёт, что можно сделать… Только имейте в виду, что он музыкант, и он будет ездить по районам, и делать концерты, а Вы будете сидеть дома и будете Колбаса». А она говорит: «Циля, лучше я буду Колбаса, чем уже десять лет не замужем». Так я его отдала…

Августина изумилась.

– Это такая жертва!.. И Вы ради чужого счастья остались одна?! – спросила она.

Сара саркастически хмыкнула.

– Зачем? Я не осталась одна! – Циля пожала плечами. – Пока Галя Григория Ивановича забирала, из тюрьмы второй раз вышел Аврумчик, так я за него снова замуж вышла…

Взглянув на собеседницу, изо всех сил цепляющуюся за остатки реальности, Циля поняла, что необходимы пояснения.

– Это был третий раз, что я за него замуж вышла, – начала объяснять она. – Первый раз был Коля Иванов, матрос… ой, какой был золотой человек… – так я его очень мало видела, он всё время плавал… потом первый раз Аврумчик, до того, как он первый раз сидел, потом снова Аврумчик после того, как он первый раз сидел, потом Григорий Иванович, а потом второй раз Аврумчик, после того, как он второй раз сидел… только это получается уже третий раз Аврумчик…

Положение спасла появившаяся Фаня.