– Дети, я снова с вами! – возгласила она. Однако, оценив ситуацию, повернулась к Саре: – Мама, я же просила: дайте мне пообщаться с интеллигентной девушкой! И что вы сделали?! Посмотрите, как она сейчас выглядит! Как будто ей дали повестку в военкомат!

– В Израиле тоже есть военкомат? – спросила Циля с неподдельным интересом.

– Я тебе больше скажу, мой цветочек: здесь даже армия есть! – ответил Гарик, как бы и сам удивившись такому открытию.

Фаня раздосадовано сказала:

– Гарик, чем ерунду болтать, ты бы лучше охранял Гусечку от наших динозавров! Вас сильно доставали? Что ей рассказывали?.. Что Вам рассказывали, дорогая?

– Мама, пора уже привыкнуть, что в этом доме для знакомства рассказывают за половину гаража, – лениво ответил Гарик. – Ты что, не в этом доме живёшь?

– А не надо смеяться, мой хороший! – обиделась Фаня. – Мама переживает! И вообще, это столкновение с Системой! С идиотской системой идиотского государства! У мамы драма, чтобы ты знал!..

– Вы считаете, оно идиотское? – неуверенно осведомилась Августина.

– А какое? А какое оно, дорогая моя?! – воскликнула Фаня, обнаружив поразительную неосведомлённость девушки. – Давайте закусим слегка, я Вам всё объясню!..

В сердце Августины шевельнулась тревога.

– Фаня, спасибо Вам… – сказала она. – Я, правда, только на минутку…

– И что такое? – изумилась Фаня. – Разве я предлагаю до ночи здесь торчать?

– Она даже если не предлагает, всё равно будете до ночи торчать, – флегматично заметила Циля, собираясь. – Так что, ещё увидимся …

После чего степенно и неуклюже вышла.

Августина, глядя ей вслед и переваривая последнюю реплику, почувствовала что то между большой и очень большой опасностью. В понимании воспитанного человека, конечно.

– Но как то неловко… я заходила на минуту… и с пустыми руками, как то… – попробовала она избежать неведомого и страшного.

– Я не поняла?.. – ответила Фаня. – У нас что, в доме ничего нету? У нас всё есть! Если в стране нет духовной пищи, так это не значит, что у меня в доме нечего жрать!

– Ой, конечно! Но как то неудобно… – пыталась применить последние приёмы из арсенала интеллигентного человека Августина.

Фаня подошла к ней и взяла за руку. В принципе, она могла бы взять обе Августинины руки в свою одну, огромную и пухлую. На ней сверкали кольца, ногти были ярко алы, и от руки этой шло удивительное, никогда ранее не ощущавшееся тепло.

– Солнце моё, мы же соседи! – сказала она проникновенно, объяв собеседницу внимательным взглядом. – Если мы не будем общаться, то, что это за жизнь? Что неудобно? Им – почему то показала она рукой в сторону Египта – удобно ходить в шортах, и всё наружу, а интеллигенции будет неудобно общаться?!..

Августина вдруг поняла, что у неё не хватает опыта общения, простого и свойского. Очень хотелось согласиться на это удивительное своей прямотой и открытостью приглашение. И это было одновременно страшновато, неловко, и как то прекрасно.

– … Знаете, я с Вами согласна! … – вдруг сказала она.

Если честно, это была не совсем она. Всегдашняя она бы такого не сказала. Но Августина находилась в доме чудес, где люди, пусть и слегка тронувшиеся рассудком, были прямы, добры и искренни с ней, только что встретившейся; она чувствовала себя в краю каких то добрых предвестий. Она вдруг почувствовала себя собой. И тоска по людям сказала её устами:

– Если честно, здесь общения действительно не хватает…

Вступление.