Марина Серова. У жадности в плену
Жара в Тарасове стояла просто невыносимая. Казалось, еще немного, и асфальт начнет плавиться прямо под ногами прохожих. Люди повсюду искали спасительной тени. Благоденствовали только продавцы мороженого, воды и пива. Бизнес их процветал. Даже здесь, на берегу могучей русской реки Волги, было ненамного прохладнее. Внутри кафе «Лакомка» работал кондиционер. Он-то и спасал тех немногих клиентов, которые забредали сюда днем от кошмарного пекла. За столиком со мной сидели двое молодых парней. Один из них – мой двоюродный брат Виталий Петров, которого год назад я пристроила в частное охранное агентство «Баррикада». Второго я видела впервые. Парень был немногим ниже меня ростом, довольно крепкого телосложения. Красивые, правильные черты лица, высокий лоб. Однако сейчас он выглядел каким-то поникшим: руки нервно вертели пластмассовую ложечку, напряженный взгляд гипнотизировал вазочку с пломбиром. – Итак? – прервала я затянувшуюся паузу, перемешивая мороженое с клубничным джемом. – Учтите, человек я очень занятой и время свое ценю. На самом деле я была сейчас не очень занятым человеком. Большинство моих потенциальных клиентов в это время года разбредались по «райским уголкам» земного шара, где солнце, воздух, море, пятизвездочные отели с «невообразимо» высоким уровнем сервиса, как наперебой утверждали все турагентства Тарасова. А я спешила на наш родной тарасовский пляж, мечтая залезть по уши в воду и долго-долго оттуда не вылезать. – Да вот Андрей все расскажет, – с выдохом, тоже мрачно уставясь в стол, сказал Виталик. …Ранним утром поезд Краснодар – Москва гудком возвестил о своем прибытии в областной центр Тарасов. Андрей легко сошел на перрон. Поставив на асфальт дембельский чемоданчик, вздохнул полной грудью, расстегнул на рубашке еще одну пуговицу сверху. «Наконец-то дома», – пронеслась в голове радостная мысль. Вечером того же дня у себя в комнате Андрей с деланым равнодушием показывал свой армейский фотоальбом другу школьных лет Альберту Овербаху, или Алеку, как чаще называли его друзья. – А это куда тебя с автоматом занесло? – спрашивал Алек. – На посту ребята щелкнули, – отвечал Андрей. Рядом на диване бренчал гитарой их одноклассник Петров Виталик. Стол, накрытый мамой Андрея по случаю благополучного возвращения сына, был уже на три четверти опустошен. Родители гремели на кухне посудой и вели свои разговоры. Витальке надоело терзать музыкальный инструмент, и он предложил: – Ну че, мужики, может, пойдем покурим? В коридоре Алек несколько театральным жестом достал пачку «Мальборо»: – Закуривай, парни. – Крутые куришь! – удивился Андрей. – Небось деньги лопатой гребешь? – Да он только на сигареты и зарабатывает, – съязвил Виталий. Альберт пропустил эту колкость мимо ушей и щелкнул красивой зажигалкой. Ребята прикурили. – Андрюха, а какие у тебя вообще планы на будущее? – глубоко затянувшись, приступил к расспросам Алек. – Ну, не знаю. Встану на учет в военкомат, отдохну и буду готовиться в институт поступать. В политехнический, наверное, попробую. – Денег много надо, – глубокомысленно заявил Альберт. – Родители обещали помочь, – ответил Андрей. Родители Раскова Андрея работали в «Тарасовгазпроме» и зарабатывали вполне прилично. Конечно, к «новым русским» их отнести было нельзя, но во дворе в гараже стояла новенькая «семерка», а на берегу Волги имелась уютная двухэтажная дачка. |
