Марина Серова. Магнит для неприятностей
Сегодня было невероятно жарко и душно, словно перед дождем. Правда, на небе не было ни облачка. Так что рассчитывать на то, что на разгоряченный город упадут струи живительной влаги, не приходилось. Наоборот, к полудню жара обещала лишь усилиться. Что-то рановато для середины мая. После утренней пробежки я с удовольствием приняла душ. Потом переоделась, вышла из комнаты и двинулась по направлению к кухне, чтобы позавтракать. Там громко работал телевизор, значит, тетя Мила, вопреки обыкновению, уже проснулась. — Мы будем держать вас в курсе назревающей экологической катастрофы, что продолжает угрожать волжскому бассейну! — бодро вещал диктор. — Наши зрители всегда первыми узнают абсолютно все новости! Не переключайтесь! — Доброе утро, теть Мил, — поздоровалась я. — Здравствуй, Женечка, как позанималась? — тетушка хлопотала у плиты, готовила сытный завтрак. — Еле заставила себя пробежаться, — фыркнула я, — с самого утра страшная жара стоит. Лучше в бассейн поеду, подольше сегодня поплаваю. Все равно времени свободного полно. — Конечно, поплавай, — поддержала тетушка, — и лучше в бассейне, в реке вода, несмотря на аномальную жару, думаю, не прогрелась еще. — Да, ты права, для середины мая нынче невероятно жарко. — Вот именно! И по телевизору говорят, сильно упал уровень воды в Волге. Испарилась, что ли? А они, несмотря на это, произвели сброс воды, и теперь около Тольятти оголился берег больше чем на три метра. Да так, что стали видны фундаменты домов затопленного города, да человеческие кости со старого кладбища, размытого водой. — Что за ужасы ты по утрам смотришь? — повела я бровью. Но тетя Мила подвоха не усмотрела и продолжила: — И не говори, Женечка, страсти-то какие! А кроме того, из-за резкого исчезновения воды нерест рыбы оказался под угрозой. Рыбаки со всех городов волжского бассейна бьют тревогу! Судак и щука, говорят, еще успели отложить икру, а потомство остальных рыб неминуемо погибнет, что скажется на популяции, не сразу, но обязательно отразится, через три года примерно! — И что делают, чтобы это предотвратить? — меланхолично поинтересовалась я, намазывая тост джемом. — Кажется, ничего не делают. Рыбой, что называется, пришлось пожертвовать, чтобы не остановилось судоходство ниже по течению реки. — Пожертвовать? — я ненадолго замолчала, думая о своем. А потом продолжила: — Конечно! Значит, судоходство важнее. Что до рыбы, наши ученые давным-давно научились выводить мальков из икры, в лабораторных условиях. Значит, и теперь выведут, и в воду выпустят, во избежание катастрофических последствий. После этих слов я снова задумалась и перестала поддерживать беседу. — Будешь на завтрак что-нибудь горячее, Женечка, дорогая? Омлет или запеканку? — Спасибо, нет. Я только кофе с тостами. — Ты как закончила последнее дело, все хандришь, дорогая, — через некоторое время начала тетя Мила, — и ты мне ничего не рассказываешь, но я же чувствую, что с тобой на том задании что-то серьезное случилось! Говорят, если поговорить с кем-то, может легче стать. Так что не молчи, деточка, излей душу. Я ведь люблю тебя глубоко и искренне и всегда готова поддержать. — Со мной ничего не случилось, — после непродолжительной паузы вздохнула я. — Но тебя что-то нервирует, беспокоит, прямо гложет?! — не сдавалась тетушка. — Обычно после окончания задания ты всегда радостная, веселая, хоть и вымотанная нагрузками. Я снова вздохнула: — Что, это так заметно? — Дорогая, я ведь тебя не один год знаю! И поверь, всегда смогу дать совет или просто поддержать. |
