Марина Серова. Закон стеклянных джунглей
Глава 1
Все-таки я люблю месяц май. Аллергией не страдаю, наслаждаюсь весной на всю катушку. А если еще учесть, что сейчас и дни у меня свободные есть, то совсем хорошо становится на душе. Соскучиться по работе пока не успела — только недавно закончила одно не очень приятное дело, охраняя такого противного типа, что была безмерно счастлива, когда наконец он укатил за границу в полном здравии. Быстро перейдя пыльную улицу, я окунулась в чертовски приятную атмосферу нашего городского парка. Где-то здесь должны быть вишни и яблони — вон как запах цветущих деревьев разносится. Я даже остановилась от изумления. Божественно. Теперь можно было не торопиться и побродить по дорожкам в свое удовольствие. Ходила я минут сорок, не меньше. Наконец решила присесть на лавочку и вытянуть ножки. Свободная скамейка нашлась не сразу, но я постаралась. Она была под деревом, от общей дороги в стороне. Правда, за спиной находился забор с шумным магазином на перекрестке, но это все же лучше, чем сидеть рядом с визжащими детьми или надоедливыми старушками, которым и поговорить-то не с кем, как только со случайным человеком, оказавшимся очень кстати на одной лавочке. Я подняла голову вверх и посмотрела на небо. Такое голубое и такое чистое. Верхушки деревьев качаются от ветра в своем странном танце, трепеща молодыми, свежими, еще клейкими листочками. — Разрешите? Надеюсь, не помешаю вам? Я, сохраняя улыбку на лице, посмотрела на обладательницу молодого девического голоса и очень удивилась. Передо мной стояла старушка, по-другому не скажешь, с немаленькой собачкой на поводке. Насколько я разбираюсь в породах, собачка была боксером. — Так как? — старушка веселыми глазами смотрела на меня, продолжая стоять. — Конечно, присаживайтесь, — рука сама показала на скамейку. Моя воспитанность не предусматривала другого варианта ответа. — Благодарю. Очень мило с вашей стороны. Мы так утомились с Марысей. — А Марыся — это кто? — проявила я чудовищную недогадливость. Ну не могла я представить, что мощного боксера можно так назвать. — Моя девочка. — Старушка ловко села и стала наглаживать боксера по спине. — Марысечка, умница ты моя, золотце мое, красавица… Я посмотрела на приплюснутую морду и безотчетно пожала плечами. С последним определением я бы с удовольствием поспорила. Приходилось мне слышать подобные эпитеты, но только в адрес любимых деток. А тут к собаке такая нежность. Не иначе старушка совсем одинокая, вот и приходится все чувства направлять на нее. Удрать, что ли, побыстрее? А то ведь заговорит… Потом вообще не отвяжешься. Но старушка не производила неприятного впечатления. Я вдруг поняла, что она раззадорила мое любопытство. Они с собакой — такая необычная парочка. — Симпатичная, — все же отвесила я комплимент Марысе. — И умная, наверное? — Разумеется, — пожилая женщина с укором посмотрела на меня. — Мы такое можем, Рексу и не снилось. — Какому Рексу? — вырвался у меня вопрос. — Сериал по телевизору идет про полицейскую овчарку по кличке Рекс. Мы с Марысей всегда смотрим, ни одной серии не пропустили. — Старушка перестала гладить собаку и откинулась на скамейку. — Так вот, он там показывает необыкновенные кренделя. Однако сдается мне, что все подстроено специально. Телевидение и не такое может. А Марыся на самом деле все понимает, слушает, даже разговаривает глазами, мордой своей. Не знаю, как вам объяснить, — махнула рукой бабушка, — но только мы понимаем друг друга без слов. |
