Марина Серова. Добро пожаловать в ад
Глава 1 МУЖЧИНА, ПРИЯТНЫЙ ВО ВСЕХ ОТНОШЕНИЯХ
Хмуренькое осеннее утро мрачно смотрело в заплаканные окна, встречая мое пробуждение тоскливой серостью и безденежьем. В последнем обстоятельстве мне, кроме себя, винить было некого. Я предприняла несколько тщетных попыток занырнуть обратно в сладкие сновидения, но разные гадкие проблемки, словно стая зудящих комаров, погнали меня прочь из родной нагретой кровати, заодно они выгнали из моей души остатки покоя, поселив в ней тревогу и волнение. В голове воцарился полный мрак... Собственно, проблемка была одна: как это я сумела вчера просадить все деньги в эту чертову рулетку, хотя с первого взгляда было ясно, что в этом ночном игорном заведении дело совсем нечисто, выигрыши там всегда мизерные, а проигрыши огромные! Перед моим внутренним взором красными огнями загорелась сумма, которая вчера перекочевала из моего кармана в чей-то пошире. Кошмар! За эти деньги я столько раз рисковала жизнью в бесконечных погонях, смертельных схватках, по нескольку суток не спала, а порой и не ела. Годами до этого тренировалась, училась и готовилась. Не для того же, чтобы просаживать свои гонорары в нечестных играх! Не для того я стала частным детективом! Сильные струи горячего душа разбивались о мои хрупкие плечи, пока я распинала саму себя на чем свет стоит. Мне теперь надо не один заказ отработать, прежде чем вернуть хоть половину проигрыша. Я забыла свой купальный халат в спальне, и мне пришлось шлепать за ним нагишом. Из набитой паром ванной я попала в ледяной коридор, и мои ощущения были близки к мазохистскому экстазу. Был конец октября, а батареи излучали мертвенный холод – словом, все в тот день собиралось уже с утра привести меня в состояние полного нестояния. «И сама виновата, Татьяна, – грызла я себя. – Не фига было шляться без дела по злачным местам с деньгами в кармане. А раз уж так чешутся руки, чтобы выкладывать на стол пачки потом и кровью добытых денежек, то, как говорится, чеши в другом месте! Лучше бы купила какой-нибудь обогревательный прибор. Нет, все же хозяйственные побуждения не являются доминантой моего поведения», – заключила я, обозревая свою кухню. Неплохо бы сварить кофе, но кофеварка была не мыта с третьего дня, плита имела вид поля после боя с кровяными пятнами разлитого и застывшего борща, а вид авгиевых конюшен, открывшийся мне под мойкой, да и в самой мойке, послужил последним мне укором совести, вынести который было уже выше моих сил. Да, именно сегодня я вполне сподвигнута на генеральную уборку! Никаких заказов вроде бы не предвидится, самое время привести в порядок квартиру, разгрести завалы в кладовке, вынести наконец ряды пивных бутылок, которые я настроила под раковиной. Правда, они были закрыты от посторонних глаз изящными дверцами, но горе тому, кто решился бы, как я сейчас, эти дверцы приоткрыть. Батарея бутылок, банки, склянки, тряпки, тазики и щетки – все грязное – вываливались с грохотом на пол, довершая картину всех моих оснований для злостного утреннего самоедства. Да, говорила мне мама: «Дочка, как же ты будешь одна жить!» Нет, порядок я, конечно, периодически наводила – по принципу: все лишнее распихивается по ящикам, кладовкам и шкафчикам. И если возникало общее впечатление чистоты и простора, то в вышеупомянутых вместилищах царило, конечно, полное безобразие. И именно сегодня я вознамерилась с ним покончить! Уборка в кладовой, где до потолка громоздилось все, что давно пора выкинуть или, еще лучше, – сжечь, могла вполне послужить достойным искуплением за мои вчерашние грехи. Часа в полтора я, как бешеная кобыла, для которой семь верст не околица, перелопатила все завалы, и возле входной двери выросла куча барахла, подлежащая выносу. Облачившись в спортивный костюм постарее, завязав голову платком и накинув мужскую куртку, любезно оставленную мне одним бывшим любовником (все, что он мне оставил приятного), я нагрузилась сумками с мусором и покинула свою квартиру. |
