Марина Серова. Киска по вызову
Глава 1
Бабье лето… Никогда не любила этого названия. В самом деле звучит как-то уж очень непривлекательно, да и несовременно. А уж если задуматься о значении, символизирующем данную пору, так и вовсе неуютно становится. Словно короткие теплые осенние денечки — все, что тебе осталось хорошего в жизни. Собственно, может, еще и потому я так негативно воспринимаю это название, что подсознательно ощущаю: бабье лето — в сущности, моя пора… Действительно, положа руку на сердце, как-никак, а уже двадцать семь лет, и, по обывательским меркам, жизнь не складывается. Мужа нет, детей нет… Но что для меня, с другой стороны, взгляды какой-нибудь тети Вали из соседнего подъезда на мою жизнь? Я живу не для нее, а для себя и своей жизнью вполне довольна. Чувствую я себя молодой, и подтверждений этому — хоть отбавляй. И друзей-подруг у меня хватает, и с работой все в порядке. Конечно, профессия частного детектива многим кажется не совсем подходящей для женщины. Но меня она вполне устраивает, особенно если приносит успех и ощутимый доход. А я на это пожаловаться не могу. Так что все у меня, Татьяны Александровны Ивановой, в полном порядке. А в том, что бабье лето — чудесная пора, я смогла сегодня еще раз убедиться. Роскошное убранство деревьев, ясное голубое небо и теплый воздух, еще по-летнему ласковые, но уже мягкие, а не палящие лучи солнца всегда действовали на меня самым благоприятным образом. И то, что близится пора увядания, вовсе не означает, что и мне в жизни отпущено еще совсем чуть-чуть. Все зависит от того, как смотреть на вещи, как к ним относиться, как их воспринимать. Сегодняшний сентябрьский денек вообще оказался удачным для меня. Правда, несколько напряженным — пришлось с раннего утра помотаться по городу, чтобы наконец закончить очередное расследование. И я его успешно закончила. Потом представила подробный отчет клиенту, получила причитающийся гонорар, и… Теперь могла быть совершенно свободна. Именно это обстоятельство заставляло меня еще больше радоваться, когда я, слегка усталая, но довольная собой, в великолепном расположении духа, с ветерком катила в своей бежевой «девятке» по новому шоссе и решала, как провести такой замечательный теплый вечер. По салону разливались веселые и необременительные звуки какой-то зарубежной песенки. На душе было легко, и я подумала, что вот в такие моменты человек, наверное, и бывает по-настоящему счастлив. Я бы и дальше продолжила философствовать сама с собой на тему счастья, но впереди замаячила бензозаправка. А я как раз вспомнила, что бензина осталось не так уж много. Я подъехала к свободной колонке, вставила «пистолет» в горловину и стала терпеливо дожидаться, пока бак наполнится. В этот момент за моей машиной пристроилась белая «Хонда», обратив на себя внимание резким скрипом тормозов. Водитель «Хонды» явно был на взводе, и доказательством тому послужили сначала нечленораздельное ворчание, а затем тихие ругательства. «Уж не в мой ли адрес? — подумалось мне. — Но очереди ведь нет, перед ним только я… Нельзя же, в конце концов, быть столь несдержанным». Я вопросительно глянула на водителя «Хонды» и заметила, что нетерпеливое и даже злое выражение лица мужчины сменяется сконфуженным. Не успев еще разозлиться на его раздраженные слова, я непроизвольно улыбнулась смущенному незнакомцу. А он, также улыбнувшись мне в ответ, произнес извинения за свое мрачное настроение и случайно вылетевшие ругательства. — Прошу простить меня. Ужасный день… Но перестать контролировать себя — это уж слишком… Мне стало по-человечески жаль симпатичного незнакомца. Когда у тебя все отлично, особенно тяжело наблюдать неприятности других людей. |
