Марина Серова. Тот, кто не умеет прощать
Глава 1
«Дорогая Таня! Я очень рада, что мы наконец-то увидимся! Как говорится, Бог троицу любит. В третий раз уже точно должно получиться! Правда же??? Я купила три совершенно отпадных купальника и к ним еще всякого-разного. Все в стиле Карибов, чтобы вписаться в пейзаж! Если ты не успеешь подготовиться, поделюсь, так и быть, одним или даже двумя! Только приезжай!». Я сидела за ноутбуком и с грустью перечитывала письмо от Вероники Светловой из Москвы — моей хорошей знакомой, с которой мы пересекались несколько лет назад в одном из расследований. И все эти годы Вероника с упорством, достойным лучшего применения, уговаривала меня съездить с ней в Пуэрто-Рико. Будучи заядлой путешественницей, Вероника объездила уже не один десяток стран, но Пуэрто-Рико берегла для нашей с ней совместной поездки, на которую я неосторожно согласилась когда-то. Не то чтобы меня не устраивала ее компания, Вероника — чудесная молодая женщина, симпатичная, активная и перманентно позитивно настроенная. И понежиться в синих водах Карибского бассейна я тоже совсем не против. Особенно когда в Тарасове в разгаре поздняя осень со всеми ее «прелестями». Но… Это «но» возникает словно ниоткуда и безжалостно сметает все задумки, словно цунами на тех же Карибах. В третий раз отказывать Веронике было уже попросту неудобно. «Но, похоже, придется», — со вздохом констатировала я и начала писать покаянный ответ. Может быть, кому-то я покажусь излишне меркантильной, но когда речь идет о 10 000 баксов плюс оплата накладных расходов, поневоле приходится выбирать между отдыхом и солидным гонораром. Тем более что отдых можно отложить, а вот гонорар ждать не будет и уплывет безвозвратно, как уплывают за горизонт белые барашки в Карибском море. К тому же дело, с которым ко мне обратилась последняя клиентка, представлялось не особенно сложным, и шанс на поездку в тот момент выглядел вполне реальным. И, что греха таить, с деньгами — оно ж веселее везде, тем более на Карибах.
* * * А клиентка в тот день пожаловала ко мне занимательная. Из категории тех, кто не забывается и кого упоминаешь в мемуарах. Семнадцатилетняя Настя Павлова явилась без предварительного звонка. Утром я как раз занялась подбором гардероба к предстоящей поездке, правда, делала это с ленцой, будто чувствовала, что не стоит зря тратить усилия. В дверь позвонили и сразу постучали, что меня очень удивило и немного встревожило. В наши дни без предупреждения и минуя домофон люди могут попасть в квартиру только в каких-нибудь экстренных ситуациях. Посмотрев в глазок, я увидела на лестничной площадке миниатюрную девушку в темной бесформенной куртке и высоких сапогах. Лица, скрытого за капюшоном, я рассмотреть не смогла. «Может быть, соседка?» — промелькнуло у меня в голове. Я открыла дверь и молча встала на пороге. — Вы — Татьяна Иванова? — раздался из капюшона хрипловатый, словно простуженный голос. — Она самая, — ответила я и замолчала в ожидании продолжения. Девушка скинула капюшон и представила миру в моем лице миловидное личико, обрамленное рыжими локонами. Отсутствие косметики и следов парикмахерских ухищрений наводило на мысль, что девушка целиком полагается на мать-природу. И не зря, подумалось мне, в ней было свое особенное очарование. Зеленые глаза цепко оглядели меня, пухлые розовые губки растянулись в легком подобии улыбки, и девушка проговорила чуть более звонким голосом: — Добрый день. Я Настя Павлова, то есть Анастасия, — поправилась она и сделала движение, словно собираясь войти в квартиру. Но, увидев, что я не двигаюсь с места, она замерла и даже как будто немного растерялась. |
