Марина Серова. Веселая вдова
Июньский вечер был чудным: тихим, теплым, спокойным. Солнце клонилось к закату, бросая оранжевые отсветы на стены домов и многократно отражаясь яркими вспышками в оконных стеклах. Серебристая «Ауди» легко и плавно скользила по широкой улице, отмеряя вращением колес ровный чистый асфальт одной из главных магистралей города. Тротуары вдоль домов сегодня почему-то тоже отличались особой опрятностью. Будто кто-то объявил акцию по борьбе за чистоту Тарасова, начиная с сегодняшнего дня, и следил недремлющим оком за жителями, полный готовности пристыдить и решительно покарать всякого, кто отважился бы посягнуть на незыблемые устои санитарных норм и правил поведения в общественных местах. Несмотря на то что стоял обычный будничный день, настроение у Марины Строковой было праздничным. Прямо-таки воскресным. Ну, или субботним, на худой конец, что даже лучше: ведь за воскресеньем следует обычно тяжелый понедельник, а ожидание его – дело отнюдь не из приятных. Марина восседала в мягком, удобном кресле послушной машины. На душе у нее было так замечательно, что женщине просто не терпелось совершить какой-нибудь хороший поступок. Пусть даже небольшой, совсем маленький. Как доказательство своей безмерной любви ко всему человечеству и вообще – ко всему живому на земле. Возможность доказать глубину своих чувств представилась ей очень скоро. Тот, с недремлющим оком. решил, как видно, не томить женщину ожиданием. На автобусно-троллейбусной остановке, чуть в стороне от небольшой кучки ожидавших общественного транспорта пассажиров, истово голосовал проезжавшим машинам мужчина лет тридцати пяти – сорока, в кремовой рубашке с короткими рукавами и в светлых, почти такого же цвета, брюках. Волосы его были темно-русыми, успевшими, однако, слегка выгореть и порыжеть от солнца. «Наверное, любит бывать на природе, – решила про себя Марина. – Может, дачник или любитель пляжного волейбола под пиво, из тех, которым не терпится предаться любимому занятию еще до официального открытия сезона. И неважно, что вода такая холодная. Хотя загар не очень, – продолжила размышлять она. – Так себе. Скорее всего, все-таки дачник». Она затормозила и встала почти перед голосовавшим, отчаянно пытавшимся обрести хоть какое-то средство передвижения. Мужчина удивленно и одновременно радостно приоткрыл дверцу «Ауди» и, просунув в салон слегка склоненную голову, спросил нервным голосом торопившегося человека: – До железнодорожного вокзала не подбросите? – Садитесь, – пригласила Марина, преисполнившись готовностью доставить страждущего по месту назначения. – Вот спасибо! – обрадовавшись, поблагодарил ее мужчина, торопливо устраиваясь на заднем сиденье. – А то на автобусе я, боюсь, уже не успею. – Уезжаете? – спросила Марина, трогаясь с места. – Что-то багаж у вас, как я посмотрю, чересчур скромный, – заметила она, намекая на небольшой черный портфель-«дипломат» – единственную ношу своего пассажира. – Нет, жену провожаю. Хотел сегодня пораньше с работы уйти, а пришлось, наоборот, задержаться, – поспешил развеять он легкое удивление Марины. – Похвальное рвение, – оценила намерение мужчины Марина и кокетливо добавила: – Вот мне бы такого мужа! – А вы что, разве не замужем? – удивился он. – При вашей-то внешности… Да и машина, как я посмотрю, у вас не из последних… Ах да! Вы, наверное, одна из тех эмансипированных особ, которые способны самостоятельно о себе позаботиться и никак не могут встретить мужчину своей мечты, который дотянулся бы до уровня установленной ими планки? – В том-то и дело, что я замужем, – вздохнула Марина. |
