Марина Серова. Печали веселой семейки
Пролог
Особняк остался позади. Я сидела за рулем своей бежевой «девятки» и думала о том, что мне предстоит. Дело, которым я начала заниматься день назад, приняло совершенно неожиданный оборот, и над всем тем, что я сегодня узнала, следовало хорошенько поразмыслить. Пока в моей голове творилась полнейшая неразбериха. Не то чтобы дело, которым мне предстояло заниматься, представлялось каким-то из ряда вон выходящим. В конце концов, я сталкивалась с делами и потруднее. Но началось оно как-то уж очень необычно, и я, мягко говоря, все еще чувствовала себя слегка ошарашенной. Представьте себе, например, что ваш любимый человек вместо букета изысканных цветов подарил вам пучок чертополоха и прочих сорняков, и вы поймете мое состояние. А я-то думала сегодня пожинать лавры! И вот что получила вместо этого! Может быть, именно из-за своих размышлений я не сразу заметила, как мне сели на хвост. И вот вдруг в зеркало заднего вида я увидела серебристую «Нексию», которая следовала за мной, старательно маневрируя в потоке других автомобилей. Разглядеть того, кто был за рулем, не представлялось никакой возможности из-за тонированных стекол. Но после того как «Нексия» ловко повторила за мной третий поворот, все время находясь в непосредственной близости от моей машины, я убедилась в том, что мои подозрения небеспочвенны. Времени на то, чтобы думать, кто мой преследователь, не оставалось: надо было уносить ноги, да побыстрее. К несчастью, я как раз ехала по улице Чернышевского, на которой в это время суток всегда много машин, поэтому предпринимать что-либо без риска устроить грандиозное дорожно-транспортное происшествие было невозможно. Наконец я заметила тихую улочку, пересекавшую ту, по которой сейчас ехала, и одновременно углядела между машинами на встречной полосе свободное пространство, вполне достаточное для того, чтобы моя «девятка» могла проскочить в улочку. И я ринулась туда, прямо наперерез идущим навстречу машинам, преследуемая возмущенными гудками и не менее возмущенными выкриками водителей, в которых непечатная лексика явно преобладала над нормативной. Однако успешно выполненный рискованный маневр не спас положения. Я, конечно, выиграла несколько драгоценных секунд — а в таких экстремальных ситуациях действительно дорога каждая секунда, — но оторваться мне не удалось: каким-то чудом «Нексия» проскочила вслед за мной. Послышался приближающийся рев ее мотора. И тут я обнаружила, что улочка, по которой я неслась на бешеной скорости, заканчивается тупиком. Похоже, пора было готовиться к самому худшему. Что же делать? Что делать? Думай же, Таня, думай, черт возьми! Но на этот раз все произошло без каких-либо действий с моей стороны: я не успела ничего толком придумать, зато «Нексия», потеряв управление на скользкой дороге, на полной скорости передним колесом налетела на высокий бордюр тротуара. Раздался скрежет металла — машину занесло и бросило набок. Погоня закончилась, хотя колеса машины по инерции продолжали крутиться. Помятая «Нексия» выглядела достаточно плачевно. Со стороны все было похоже на сцену из какого-нибудь американского боевика из тех, в которых за время съемок безнадежно калечат и взрывают десяток-другой машин и изводят в качестве грима тонны кетчупа и клюквенного сока. Но у меня не оставалось времени на то, чтобы разглядывать, что там и как в лежащей на боку «Нексии». Я быстро развернулась и поехала назад, на улицу Чернышевского. Влившись в поток идущих по ней машин, я уже без приключений добралась до дома.
* * * Войдя к себе в квартиру, я, как была в пальто и полусапожках, рухнула на диван, швырнув сумочку и ключи куда попало. Сейчас было не до порядка в квартире: в голове творился такой сумбур, что думать вообще ни о чем не хотелось. |
