Марина Серова. Прогулка с продолжением
Глава 1
Осень в этом году накрыла наш город внезапно, без предупреждения. Как-то в один день и в одну бедственную ночь все перевернулось, изменилось, и, выйдя на улицу, я поняла, что без плаща здесь делать уже нечего. Жаль. Нынешнее лето прошло емко, содержательно и вкусно, а закончилось незаметно. Так незаметно, что я долго в это не верила, пока меня не принялись убеждать сразу по всем каналам телевидения. Сегодняшний четверг выдался для меня не только неожиданно прохладным, но еще и скучным. Заказов и клиентов сейчас не было — с последними я быстренько разобралась еще на прошлой неделе. И как назло мой Володька Степанов — чужой, но берущийся в постоянную аренду муж — как раз вчера утром уехал в стольный град в командировку и оставил меня в печальном одиночестве. В общем — тоска. Дело было к вечеру, и, как сказано у классика, делать было нечего. Я влачила жалкое существование и скучала до нервной зевоты. Одним словом, жизнь дала трещину и поползла набекрень. В переселившемся в учебник истории Советском Союзе четверг был официально объявленным рыбным днем, о чем моя мама почему-то всегда мне напоминает. И я сама что-то припоминаю, правда, это «что-то», кажется, было связано с едой. Но сегодняшний четверг стал для меня самым разнатуральным рыбным днем, потому что я валялась на диване и чувствовала себя как рыба, выброшенная на берег жизни: и ползти некуда, и дышать нечем. От скуки. Только крючка с червячком во рту не хватало. Ну и на том гран мерси. Во второй половине дня, до которой я все-таки дотерпела и дожила с грехом пополам, я вспомнила про свои кубики-рубики — косточки гадательные. Тогда, встав с дивана и отшвырнув в сторону пачку иллюстрированных журналов с текстами для дефективных подростков, скучающий частный детектив Таня Иванова побрела в кухню в поисках замшевого мешочка со своими волшебными друзьями. Поставив на плиту турку с кофе, я небрежно зацепила мешочек, обнаруженный почему-то на подоконнике, и сформулировала четкий и конкретный вопрос: «Случится ли сегодня хоть что-то интересное, или так и придется мне сдохнуть здесь от тоски?» Потом передумала, решив, что такие вещи спрашивать не стоит. А вдруг мои паршивцы двенадцатигранные возьмут и пошутят? Ответят что-нибудь вроде: «Сдохнешь, Таня, только не печалься!» Поэтому, почесав в затылке, произнесла более конструктивный и перспективный заказ: — Значит, так. Случится ли у меня после выхода из дома сегодня вечером неожиданная встреча с приятным мужчиной, который влюбится в меня с первого же взгляда и объявит, что я самая-самая и прочее? После этого мы с ним романтично проведем время, он окажется импортным графином, который и увезет меня в замок в горах, сделав своей графиней. Или лучше герцогиней! А почему бы нет? Я откинулась на табурете и, посмотрев в потолок, заинтересованно домечтала свой заказ до логического конца: — А потом я победю на выборах в местный парламент, стану премьер-министром, как Маргарет Тэтчер, и мой фейс будут шлепать на почтовых марках, вот! И, посмотрев на гадальные косточки требовательно, произнесла: — Вы поняли меня? Вперед! Выкатив косточки на стол перед собой, я увидела следующий расклад: 15-27-9. «Можно быть „умной“, но не такой же степени». — А до какой же?! — взревела я. — До какой еще степени, черт побери и раскудрить тебя в кочерыжку! Скучно мне, понимаете вы, что ли? Я замолчала и подумала, что, пожалуй, кости правы. Похоже, у меня от безделья немножко съехала крыша. Совсем чуть-чуть, но нужно принимать срочные меры. Вот и решила, налив себе полную чашку крепчайшего кофе, что дома больше не останусь ни на секунду, отправляюсь гулять прямо сейчас, и горе тому, кто посмеет меня остановить, если, конечно же, это не будет телефонный звонок от клиента или от Володьки на худой конец. |
