Марина Серова. Спелое яблоко раздора
Глава 1
Возможно, что история эта не вызовет ни доверия, ни напряженного интереса, который априори должны вызывать детективные истории, но так или иначе я расскажу то, что было на самом деле, не стремясь ее приукрасить. Воспоминания об этом происшествии, безусловно, бросают тень на мою репутацию сыщика экстра-класса, которому под силу любые закавыки. Но иногда случается то, чего, как мне представляется, боится каждый сыщик, — столкновение со злодеем, которого ты не можешь ни одолеть, ни переиграть. Так случилось и со мной в тот раз. Вообще же если я не скажу, что пребывала тогда в меланхолической расслабленности и даже больше — эллегической грусти, то далеко не все будет понятно. Однако мне кажется, что уже сложилось предвзятое мнение, будто я, Татьяна Александровна Иванова, только и способна, что палить из пушки, сидеть в засаде, крепко выражаться и пинаться, когда надо и не надо. Можно подумать, это и есть мой предел. Но ведь это же не вся правда обо мне! Я женщина, и ничто женское мне не чуждо. Иногда мне тоже свойственно погрустить, особенно в длинные осенние вечера, когда ничто не спасает от ощущения одиночества и неустройства. Возможно, что именно погода так разлагающе действовала тогда на меня, а может, причина была куда банальнее. Возможно, я грустила и потому еще, что не так давно рассталась с человеком, который был или казался мне дорогим и необыкновенным. Ну и, безусловно, не обошлось без обычной причины для хандры — безработицы. В тот момент у меня уже с месяц не было никаких дел, и объяснить, с чем связано такое положение, я никак не могла. Впрочем, и не старалась. Нужно ли? Не то чтобы моя жизнь представлялась мне полосатым парнокопытным, скорее — чередой волнообразных колебаний, и я вполне уже научилась пережидать периоды затишья. Средства на то, чтобы полениться в свое удовольствие, у меня еще имелись, вот я и ленилась, запивая грусть элитным кофе и заедая бутербродами, практически не отрываясь от чтения любимых авторов и просмотра любимых фильмов. Полагаю, картина не будет завершена, если я не добавлю, что — о, ужас! — мне не хотелось даже краситься и из дома я выходила только по самой крайней необходимости. Словом, я вполне невинно занималась самым любимым женским делом, то есть не делала ничего. Но в тот день мне просто нужно было в срочном порядке пополнить запасы продуктов и сигарет, и, не очень-то уделяя внимание своему туалету, облачившись в джинсы и куртку, я отправилась в ближайший магазин. Нагрузив полную корзину, я встала в очередь к кассе и столкнулась глазами с высоким молодым человеком. На первый взгляд он показался мне несколько сонным, на второй — высокомерным, и только с третьего, более внимательного взгляда я поняла, что если в чем и можно было его упрекнуть, то не в сонливости и высокомерии, а скорее в привычке скрывать свои переживания, поскольку его отрешенный вид никак не соответствовал его яркому синему взгляду, которым он буквально пронизывал меня. Вспышка мгновенно получила ответную реакцию, и я почувствовала, что и в моих глазах появился и почти сразу потух огонек… интереса. Если быть честной, то не интереса вовсе, а желания. Я будто воочию увидела нас с ним в довольно пикантной ситуации. Нахмурившись, я отвела глаза и стала рассчитываться, все-таки ругнув себя за то, что из косметики на моем лице была только гигиеническая помада. Однако, когда я отошла от кассы с покупками и чеком, этот странный человек снова возник рядом. Правда, на этот раз в его глазах не было и следа той вспышки, которая произвела на меня столь сильное впечатление. Ощущение после нее было такое, что я сразу поняла, осознала и могла констатировать с полной уверенностью: этот человек будет в моей жизни. Кем или чем? Вряд ли стоило спрашивать — не знаю. Но сейчас он стоял передо мной, высокий, молодой, светловолосый, с правильными скандинавскими чертами продолговатого лица. |
